В глухой галереи, на фоне заспящей свитки и живописных шедевров, мужчина жестко кричит об измене. Лина чувствует удар в животе, но досада берет верх над болью, когда она осознает неправоту этих слов. Отчаянье и решимость окутывают ее, готовясь начать новую жизнь с чистого листа....
Но по факту это большой скандал: и то, что она нарушила традиционный ритуал, и то, что она умерла на моей территории и на моем празднике.
Ох… Я еще и стала причиной государственного скандала… Но…
— Вы сказали только о Делирии. А мой муж? Он вернулся? — напряженно спрашиваю я.
Керни качает головой, а у меня в груди все обрывается. Нет? Как же так?
Выдираю руку и кидаюсь к порталу. Я должна его дождаться. Он просто задерживается — я же задержалась до самого рассвета.
— Стой, — Керни ловит меня и прижимает к себе.
Пытаюсь вырываться, но сил нет. Бьюсь, как птичка, в руках Керни.
— Тебе нужно отдохнуть. Пещера — сильное испытание. Я прикажу своим людям оставаться тут, — песец пытается успокоить меня. — Ты первая узнаешь, если он вернется.
С пустотой в груди позволяю себя увести, а потом и уложить спать.
Наверное, Керни был прав, и я была выбита из сил. Потому что когда я просыпаюсь, за окном уже светит убывающая, но все еще яркая луна. Опускаю ноги на прохладный гладкий деревянный пол и иду к балкону.
Непривычно осознавать, что мне больше не надо прятаться и куда-то бежать. Что все, в чем я была уверена, — всего лишь игра тех, кто сильнее и могущественнее. Что я и мой будущий малыш теперь в безопасности, как здесь, так и на родных землях.
Но в сердце все равно будто зияет огромная, практически бесконечная дыра.
Распахиваю двери и впускаю в комнату теплый ветер со степи, приносящий с собой запах подсохшей травы и пыли. Дома, наверное, уже совсем глубокая осень.
Выхожу на балкон и подставляю свое лицо под лунные лучи и прикрываю веки. Ступни холодит полированный мрамор. Сжимаю пальцы на каменных перилах.
Боги! За что вы со мной так? Мой муж не был святым, но он искренне любил меня. Я прочла это в его взгляде, в том, как он, не моргнув глазом, выполнил свою клятву. Я любила его и люблю.
Слезы застилают глаза, текут по щекам, обжигая, буквально выжигая на них след, но сил их вытирать нет.
Внезапно свет перекрывает огромная тень. Испуганно распахиваю глаза и вижу, как ко мне, планируя спускается огромный обсидиановый дракон.
В груди жжет от того, насколько я хочу и боюсь поверить в то, что я вижу. Но мой амулет не дает повода для сомнений: он светится так же ярко, как луна.
