В глухой галереи, на фоне заспящей свитки и живописных шедевров, мужчина жестко кричит об измене. Лина чувствует удар в животе, но досада берет верх над болью, когда она осознает неправоту этих слов. Отчаянье и решимость окутывают ее, готовясь начать новую жизнь с чистого листа....
Небогатая кухня, все еще витающий в воздухе запах обжитого жилья. Раскидываю следящую сеть на домик и близлежащую территорию. Моей жены здесь нет. Но есть кто-то другой… Мужчина.
Из спальни мне навстречу выходит Николас.
Он! Магия неконтролируемо начинает клубиться на кончиках пальцев. Снова готов окунуться в подозрения, что между Лин и Николасом что-то есть. Но… Это же моя Лин.
В памяти всплывает ее мягкий, влюбленный взгляд. Эти голубые доверчивые глаза, в которых искорками блестят смешинки.
Но это не значит, что Николас может делать все, что ему вздумается, и прятать ее.
— Где Айлин? — сжав кулаки, спрашиваю я.
На его губах играет усмешка.
— А при чем тут твоя жена? — Он поправляет свой камзол, будто только что его надел. — Кстати, что ты тут вообще делаешь?
— Не морочь мне голову. Тебя видели, как ты нес сюда женщину. Кто жил в этом доме? — Дракон возмущается, потому что точно чувствует, что Айлин была тут.
— Моя любовница, — отвечает Николас.
Пелена ярости готова затмить все разумные мысли. Атакую огненным плетением. Николас реагирует слишком поздно, заклинание обжигает его плечо. Он быстрым движением нейтрализует мое плетение, а потом отводит очередную атаку, которая попадает в очаг и почти до основания разрушает его. Это отрезвляет мысли.
— Где Айлин? — повторяю я, держа наготове более мощное заклинание.
— А амулет твой как? Молчит? — Николас с упреком смотрит на меня.
— Что ты с ним сделал?
— Я ли? Ты не задумывался, как давно перестал чувствовать Айлин? — Он залечивает ожог на плече и проверяет пальцем дыру на камзоле. — Как так получается, что она жаловалась и едва держалась на ногах, а ты только и делал, что требовал? Она тебе игрушка?
— Я чувствовал свою жену, пока ты ее не украл, — рычу я.
Четко помню, как следовал за ней по городу. Чувствовал ее всей душой, узнал, даже не видя ее лица под капюшоном.
Осматриваюсь в поисках хотя бы чего-то, что мне подскажет, где искать жену. У входа на лавке лежит гребень, в котором застряли несколько золотых волосков. Николас следит за моим взглядом и морщится. Не все следы замел.
— Где Айлин? — снова спрашиваю я. — Она была здесь!
— И ночью в галерее ты тоже ее чувствовал? — задает какой-то совсем нелогичный вопрос Николас.
