Автор
В темной комнате шепчутся страсть и страх. Женский голос зовет в потусторонний мир, где границы между праведным и неправедным размываются. Мужской ответ — оглушительный крик отчаяния. Атмосфера запаха жарких поцелуев, смеха и слез растворяется в тишине ночи, оставляя на душе дурманящее желание и тревогу....
Высокие, стройные. Но она после трагедии в семье похудела до предела и ее грудь смотрится как грудь подростка, но ноги, безусловно длинные, стройные и тренированные.
Ева посещает спортзал несколько раз в неделю, ее икры смотрятся точеными, а бедра узкие, без грамма лишнего жира.
Длину ее ног подчеркивают высокие ботфорты.
Дерзкие и сексуальные, как у шлюхи.
И пришла она тоже… как шлюха.
Используя приемчики один в один — тренч поверх тела, на котором из одежды только полупрозрачное белье.
— Я так не скажу. И Владик тоже так не скажет, — заявляет она.
Губы растягиваются в улыбке.
— Может быть, ты выйдешь и просто закроешь за собой дверь? Чтобы не мешать… — предлагает сестра.
Глава 2. Она
— Выйти, чтобы вам не мешать? — переспрашиваю я.
Медленно, как будто я стала заторможенной или все вокруг погрузилось в вязкое желе, перевожу взгляд на мужа.
Не знаю, что я ожидала увидеть в его глазах, но он с небольшой досадой отводит взгляд в сторону.
Злится, что я их застукала? Не дала свершиться грехопадению? Или они давно кувыркаются на этой кровати?
Как же тошно… Ведь всего позавчера… муж ласкал меня жарко, мне казалось, что мы шумели больше, чем всегда, и потом я долго пыталась понять, слышала ли младшая дочь, как увлеклись?
Но уже сегодня я услышала такое, от чего внутри все застыло, покрылось коркой льда и потрескалось.
Вниз полетели кровавые осколки.
Боюсь сделать шаг в сторону, иначе кажется, что я точно буду ступать по битому стеклу.
Выйти, чтобы им не мешать? А может быть, просто взять тебя за волосы, сестра, и протащить хорошенько? По всему нашему дому, по полу, по которому ты ходила, по мебели, на который ты сидела, по всем его поверхностям… Протащить лицом и выбросить за порог? Какая гадина… Жила и всегда с превосходством на нашу семью смотрела, еще так говорила о моем муже, со снисхождением, своего боготворила, а когда он погиб трагически и внезапно вылезли его долги, огромные суммы, вылезли какие-то подозрительные личности, которым задолжал ее муж, кому она позвонила? У кого в ногах плакала и кому благодарно целовала руки?
И, возможно, не только руки, если мой муж смотрит на нее… так?
— Может быть, тебе стоит умерить свой аппетит, Ева? И хотя бы прикрыться?
— Мы же все взрослые люди.
