Автор
В темной комнате шепчутся страсть и страх. Женский голос зовет в потусторонний мир, где границы между праведным и неправедным размываются. Мужской ответ — оглушительный крик отчаяния. Атмосфера запаха жарких поцелуев, смеха и слез растворяется в тишине ночи, оставляя на душе дурманящее желание и тревогу....
Потом он смотрел на меня и даже как-то сказал вскользь, мол, если бы его на продажу выставили, он бы не пожалел сил и средств, чтобы выкупить! Но поместье не спешили выставлять на продажу.
И вот…
Пожалуйста…
Долгожданный аукцион, на котором продают поместье.
Ушло за кругленькую сумму, плюс, в комментариях, смачно обсуждают, сколько долгов висит на этом поместье.
Но не это главное! Заголовки и первые строки обсуждают того, кто купил это поместье — Кузьма Владислав, и в подарок, для кого.
На фото мой муж и Ева.
Она одета роскошно в черное, переливающееся платье, на плечах — меха какие-то, перчатки до локтей. Красная помада, сумочка и туфли в тон.
Она выглядит будто кинодива на красной дорожке, и они очень-очень близки!
Есть еще несколько новостей, которые мусолят «бурный роман известной актрисы и миллионера».
Гадают, куда он дел свою жену… Кто-то уже пустил слух о нашем разводе.
На провокационные вопросы Ева отвечала загадочной улыбкой.
Вот и ответ, с чего вдруг Влад расщедрился и разблокировал мои карты. Он просто сделал последний шаг и во всеуслышание обозначил свои планы!
Вот для кого он облизывался на это поместье…
Поместье для настоящей принцессы, не для ее бледной копии.
— Да, Вить. Ты прав. Уехать — самое верное.
***
Он
— Как долго я тебя ждала… Наконец-то нам никто не помешает. Любимый…
В последний миг я встряхиваю Еву.
— Любимый? Куда лезешь? Место свое забыла?! — вырывается из меня с огненным дыханием.
— Ох."
"Ева мгновенно откатывается назад и, как ни в чем не бывало, грациозно опускается на колени, перебросив волосы через плечо.
— Хорошо, поняла. Сегодня ты хочешь быть грозным и жестким. Я не против… Со мной ты можешь быть любым! — проворно тянется к пряжке моего ремня.
— Ты с дуба рухнула? Вон пошла. Я пришел сюда не за этим!
— Но за чем же? — удивляется она, развернувшись в мою сторону.
Сделав несколько шагов по коридору, ударом кулака снес декоративную вазу с комода.
Осколки брызнули во все стороны.
— Это был… Очень… Дорогой фарфор! — ахает она, прижав руки к груди.
Томности в ней, как не бывало. Она бросается к осколкам и торопливо перебирает веточки.
Не понимаю, что такого в этих вениках засушенных. Лиза живые цветы любит, а эта… Смотреть на нее не могу! Кретин…
По голове себе настучать хочется.
