Автор
На Казанском вокзале шум и движение не сбивают с толку - только холод и призрачный свет фонарей за стеклами витрин, проникающий сквозь люстры густого сумрака. Я прижимаюсь к столику, оттаяв немного от холода и душевной боли, чувствуя на коже холодный метал кассет и тугую рукоятку карманного зонтика. Мой взгляд останавливается на ворке – новом пледе с плюшевой ниткой льда, словно приглашая разрониться....
– Какой шанс?! А ты о своем муже подумала? Роман может из-за тебя и пьет, что ты такая…
– Какая такая?
– Легкодоступная, так понятно тебе?
– А Рома святой, да? Ты думаешь, у него на стороне никого не было? – огрызается Катя.
– Это ваша семья, сами разбирайтесь, но ты влезла в мою семью. Все там разрушила, ноги вытерла, а грязь оставила.
– Ну не я, так была бы другая. Стас – мужчина видный, ухоженный. Умеет понравиться женщине. В постели опять же…
– А вот сейчас заткнись! – взрывает меня, – Пошла вон! Слышать тебя не хочу и видеть! Как только совести хватает вообще со мной разговаривать!
– А что, ты у нас королева какая или я ползать перед тобой должна, прощение вымаливать? – начинает сбрасывать свою маску Катя, – Твой муж сам хотел чего-то нового.
"– Ты… – мне просто не хватает слов, но я сжимаю руки в кулачки и выдыхаю, – Ты никто и звать тебя никак, а я корону поправлю и дальше пойду, а вот ты ее никогда и не примеришь.
– Ну да, ну да, – зло усмехается Катя, – Иди к мужу своему, подотри ему слюни, что на меня пускает. Надеюсь, корона тебе не сильно помешает.
Разворачивается и уходит в сторону ресторана.
– Ну что, наставила на путь истинный заблудшую душу, – усмехается мне Роман.
– Да пошли вы все! – отвечаю ему и иду к своему коттеджу. Ни минуты здесь больше не останусь.
Захожу внутрь и сразу прохожу в спальню. Стас выглядывает из ванной, держа бритву в руке.
– Что не разбудила на завтрак? – спрашивает меня таким тоном, как будто вчера ничего не случилось такого.
– Ты издеваешься, что ли? – смотрю на мужа и не понимаю его, – Ты теперь сам за себя, дорогой.
– Значит, ты для себя уже все решила, – морщится Стас и умывается, смывает пену с подбородка и щек, – Ты понимаешь, чем тебе это грозит?
Подходит ко мне и смотрит таким взглядом, от которого у меня мурашки по коже. Нет, я его не боюсь, но понимаю, что муж может сделать мою жизнь непереносимой.
