Автор
Она — Папа, не падай! Тебя с ней видели! Муж и дочь стоят у кофейни со стаканчиками в руках: муж - капучино без сахара, дочь — чай со льдом. В торговом центре случайно подойдя к ним, я готова была сделать неожиданный сюрприз.
Сейчас рука Георгия лежит в моей, я не спешу разжимать пальцы.
И сижу так до утра.
***
Он
Дети пришли ко мне в палату следующим утром.
Андрей — бледный, с трудом сдерживающий волнение, Ира — с красными от слез глазами.
— Пап... — сын подает мне папку. — Ее задержали.
Он не называет имени, но я и так понимаю, о ком идет речь.
После того памятного вечера, на котором приятель раскрыл мне подробности бурного прошлого Марии, я решил проверить его слова.
Он оказался прав: эта девица работала в эскорте, была замечена в мошенничестве, но из-за тесной работы со следствием ей удалось избежать наказания.
Я считал ее невинной девушкой, а она лишь играла несчастную, и деньги у нее были, и машина — своя, она отыгрывала роль овцы, а сама гребла денежки лопатой.
От таких лохов, как я, которым не хватало секса.
Кретин!
Из-за тупой случки с дрянью лишился роскошной женщины, любимой.
Ей было плохо, но я не смог стать ей опорой.
И, самое обидное, буквально ирония судьбы: я сдался тогда, когда дело уже пошло на лад.
Я сдался… а Света возродилась к привычной жизни и расцвела.
Стала еще краше, чем была.
Я медленно листаю папку.
Фото Марии в наручниках. Протоколы допросов. Признания.
Я следил за Светланой, не просто потому, что хотел уличить момент тет-а-тет и пытался подкатить к ней снова. Во время такой слежки я обнаружил, что за ней следил кто-то еще, и тогда я подключил к делу специалистов.
За моей женой следили, явно с недобрым умыслом.
Мои предположения оказались правдивы: Мария наняла подельника, чтобы избавиться от Светланы, и сама была неподалеку.
После аварии она получила травмы, но опасности жизни они не представляют.
Поэтому ее арестовали.
Теперь ей светит суд и срок.
— Она... — Андрей сжимает кулаки, — ...оказывается, уже была замечена за эскортом и мошенничеством. И не раз. А еще… Еще она мне глазки строила, сучка.
Ира молчит. Но по тому, как она грызет губу, я понимаю — она плакала.
— Вы... — мой голос хриплый, как после долгого молчания, — … должны извиниться перед матерью.
Андрей кивает. Ира опускает глаза.
— И присмотрите за ней. Пока я... пока я не встану.
Они уходят, оставляя меня наедине с болью и мыслями.
Мое раскаяние и признание…
Чего они стоят?!
***
Света приходит вечером. Она ставит на тумбочку контейнер с едой — паровые рыбные котлеты из судака, как я люблю.
— Медсестра сказала, у тебя плохой аппетит. Позволь напомнить. Для того, чтобы встать на ноги, ты должен есть, — говорит просто.
