Автор
Героиня обнаруживает предательство мужа, который изменяет ей с её лучшей подругой. Разрушенный брак, потерянное доверие и жажда мести становятся началом её пути к новой жизни. Сможет ли она найти в себе силы простить и забыть, или мщение окажется сильнее?
Я приподнялась на локтях, пытаясь расстегнуть сбоку юбку, но пальцы тряслись, и Макар, приблизившись, сам взялся за молнию.
— Ты не бойся, ладно? — вполголоса успокаивал меня он. — Ничего страшного не происходит.
Зря он начал вообще говорить, потому что чем сильнее успокаивать истерику, тем больше она разгорается. Но я кивнула, закусывая губы.
Мне было страшно. Я не понимала, что происходит, но ясно одно — аппендицит не кровит. А значит, это что-то по-женски. Может быть, полип какой-нибудь.
Медсестра подошла тихо и попросила заказать рукав. Я отвлеклась от юбки и стала расстёгивать манжету. В голове шумело, словно давление подлетело до губительной для меня отметки в сто тридцать. С блузкой не справилась. Макар потянулся и тёплыми своими пальцами помог оголить предплечье. Холодный жгут перетянул руку. Мимолётная острая боль, и в пробирку потекла кровь.
Когда анализ взяли, пришлось вернуться к юбке и белью, и я, подняв глаза на Макара, попросила:
— Выйди, я разденусь.
Он покачал головой и помог стянуть низ. Потом бельё. На нём было несколько алых пятен.
Холодные руки доктора в перчатках безболезненно провели осмотр. А потом по коридорам меня отвезли в кабинет УЗИ. И другой врач долго рассматривала что-то на экране. А у меня внутри всё пульсировало и сжималось. Я боялась развести ноги, потому что казалось, что кровотечение возобновится. Я кусала губы и не знала, чего ожидать от осмотра. Я готовилась к худшему. К какому-нибудь образованию, которое как раз и мешало мне забеременеть. Но не могло же оно прятаться так долго и качественно, что на этапе подготовки к беременности его пропустили."
"Спустя ещё несколько пробирок крови и ЭКГ меня отвезли в палату. Я лишний раз боялась пошевелиться, чтобы боль внизу живота снова не проснулась. Мне вкололи кровоостанавливающее и успокоительное. Я перестала нервничать, но страх никуда не делся, поэтому теперь я просто спокойно смотрела в одну точку. Макар придвинул стул к койке и опёрся на неё локтями.
— Ты главное — не переживай, я тут. Я никуда не уеду. Останусь на ночь… Ты не бойся, ладно?
Он так внимательно всматривался в моё лицо, что успокоительные не помогли. Я покачала головой и разревелась. Меня душили слёзы, и я со всхлипами выпускала их. Вытирала ладонями щеки и качала головой. Макар соскочил со стула и подошёл ко мне. Я дотянулась до него и уткнулась лицом ему в грудь, сжимая до боли в пальцах ткань рубашки. Ладони скользнули по волосам.
