Автор
Алина в ужасе наблюдает, как все вокруг ее новообретенных родственников и друзей начинают игнорировать ее присутствие из-за того, что она — "беглец", человек, который не смог получить свой загранпаспорт. Отчаяние и страх Алины растекаются по комнате в тот момент, когда Ярослав со своим твердым взглядом заявляет о необходимости ухода....
Свет софитов ослепляет меня, и я не вижу ничего, кроме черной сияющей бездны, куда я, по-моему, уже лечу.
Ярослав дергает меня обратно к себе.
— Успокойся! — говорит с нажимом. — На нас все смотрят.
Да уж! Такого танца молодых они еще не видели.
И тут внутри меня что-то ломается. Просто… ломается. Словно кто-то взял хрустальную вазу, которая была моей душой, и со всей дури херанул о паркет. Не выдерживаю. Глаза наполняются слезами. Сначала одна, потом другая. И вот, я уже стою посреди танцпола и рыдаю навзрыд. Настоящим, некрасивым, горьким плачем.
— Я же любила тебя! — пищу, уже не пытаясь сохранить лицо или макияж. — Как ты мог?!
Глава 6
Алина"
"Теперь уже точно все всё поняли. У нас с Яром офигенный танец молодых вышел. Так эмоционально! Вместо па и поддержек — рыдающая в дыму невеста.
Но я уже ничего не могу с собой поделать. Реву, не сдерживаясь. Да и, если бы хотела, не смогла.
В голове мелькает мысль, что в этом зале все мои знакомые. И Людмила Васильевна, заведующая детского сада, где я работаю.
Стыд лупит жаром по щекам. Хочется раствориться в густом тумане, который по-прежнему обволакивает гостей, как какой-нибудь фокусник.
Ярослав выглядит растерянным. Смотрит на меня и, похоже, не знает, что делать.
— Алин, Алин, посмотри на меня, — тянет меня за руку. — Ничего не было, клянусь! Успокойся, возьми себя в руки.
Но от этих слов мне становится только хуже. Жалею, что все-таки не ворвалась в номер.
Вырываю руку из его хватки, игнорируя гул голосов вокруг. Видеть его больше не могу!
А что, свалить в туман в данном случае — звучит как план. Подбираю подол, разворачиваюсь и бегу прочь из зала. Туман стелется по полу, в зале темно. Я молюсь, чтобы еще не упасть и не разбить себе где-нибудь тут нос в темноте.
Хотя куда уж смешнее! Я была счастливой женой примерно час. Обхохочешься! Вот все-таки приметы эти не зря придумали. Уронила же кольцо. Надо было сразу кричать: “Галя! Отмена!” и валить прочь из этого ЗАГСа.
Кое-как пробираюсь к чертовой двери. Музыка обрывается, за спиной начинается неразбериха. Но я не оборачиваюсь. Как львица, преследующая свою добычу, рвусь к цели. Пусть все смотрят. Пусть шепчутся. Пусть обсуждают. Мне все равно.
