Автор
Беременная героиня случайно подслушивает разговор мужа с другом и узнает о его измене. Доверие разрушено, впереди — сложный выбор между семьей и самоуважением. Роман о том, как любовь проходит испытание ложью и предательством.
"
"Я туго сглатывала, ощущала подступившую к горлу тошноту так всегда бывает, когда очень сильно больно, всегда тошнит Но Рустам все-таки смог меня вытащить из машины, боком закрыл дверь, постарался приподнять меня получше, чтобы удержать на руках.
— Держись, обхвати руками шею, пожалуйста, — хрипло попросил он. Но я от бессилия только уткнулась носом ему в плечо, Рустам преодолел несколько десятков ступеней, толкнул дверь входную и оказался на ресепшене.
— У нас роды, — сказал он хрипло двигаясь в сторону регистратора. Девчонка округлила глаза. — Мы у Табалова, быстро нам отдельную палату, у нас все оплачено.
— Простите, сейчас, сейчас, — девушка быстро стала что-то набирать на внутреннем телефоне.
Рустам зарычал в этот момент какой-то очень сильный спазм прострелил мне весь позвоночник. Показалось, как будто бы мне его переломило. Сноп болезненных искр рассыпался прямо в крестце, я заскулила, девушка бросила трубку, подняла на глаза. — Я вас провожу, — дёрнулась она и направилась в сторону лифтов, вызвала большой пассажирский.
Рустам зашёл вместе со мной, постарался прижать меня к стене, чтобы поудобнее перехватить, но я только замотала головой. Было больно невыносимо, когда двери лифта разъехались, мы вышли на этаже я дышала, прикрывала глаза.
Я знала, что приближается ад.
Я знала, что все будет очень плохо, и Рустам отберёт моего ребёнка. Я никак не могла повлиять на эту ситуацию, я ничего не могла сделать для того, чтобы изменить ход событий и ненавидя себя, мне оставалось лишь только скулить.
Как беспомощному, забитому камнями зверьку.
Живот снова потянуло вниз.
Я прижала ладонь к низу и простонала:
— Господи, пожалуйста. Пожалуйста…
Глава 31
Мы оказались в палате, и я со стоном попыталась улечься на койке. Рустам кружил вокруг меня, пытался подтянуть меня, правильно подложить подушку, растереть мне живот, но я только всхлипывала и периодически порыкивала, когда Рус позволял себе слишком много.
— Сейчас, сейчас мы вызовем врача. Все хорошо. Его смена ещё не наступила, но он уже в больнице. Мы сейчас его вызовем, — заикаясь, говорила медсестра. Рус только кивал, а потом, не выдержав, прорычал:
— Давайте только быстрее.
Я боялась, что все идёт не по плану, и поэтому, когда Рус потянулся раздеть меня, я всхлипнула.
— Есь, успокойся, все хорошо, давай, давай, надо куртку снять.
