Автор
В кабинете Руса разлилась напряженная атмосфера после его резкого замечания. Запертая изнутри я, стоя за шторами, чувствовала себя лишней и ненужной. Однако не вытерпев больше жестокости мужа, я все же решила внести свой голос, вызвав мощный эмоциональный взрыв.
— Ну-ка, успокойся, иначе сейчас успокоительное вколю, а вколю успокоительное и ты не сможешь потом тужиться нормально, а ребёночек будет мучиться, ну-ка, прекрати.
Я только отвернулась, не представляя, как долго продлится все это отчаяние, не хотелось рожать, хотелось, чтобы мой малыш оставался со мной. Но и чем больше секунд пролетало, тем сильнее и ярче я понимала, что процесс уже необратим.
Это не какие-то не тренировочные схватки. Меня в конце концов завезли в родовую же, значит, все уже точно идёт, процесс наступил
— Давай, успокаивайся, успокаивайся.
Это пожилая медсестра провела меня ладонью ещё раз по волосам. Потом потянула их на себя и стала быстро заплетать косичку.
— Ничего, ничего страшного, все первый раз рожают, со всеми всякое случается не переживай, не бойся. Ты здоровая молодая девица, все будет хорошо.
Я не верила никому, ничего хорошего не будет. Возможно, с ней уже Рустам переговорил, и она знает о том, что надо будет отдать ему ребёнка как только он родится, я не понимала, как Рустам собирается воспитывать младенца, только что родившегося без матери.
Очередная схватка была такой сильной, такой острой, что я закричала на всю палату. В этот момент дверь приоткрылась, и я, бросив короткий взгляд, увидела полностью одетого в медицинскую форму Рустама. Этот дурацкий чепчик ещё ему нацепили.
—Тише, моя девочка, тише, — подошёл ко мне Рустам, стараясь хоть как-то контролировать ситуацию, но в этот момент его перехватила за локоть медсестра.
"— Так, папа, встаём в изголовье к маме и поддерживаем. Дальше никуда не лезем, не отходим.
А я не понимала, зачем он вообще попёрся в родовую. Неужели он хочет отобрать у меня даже этот момент первой встречи? Неужели он хочет сделать так, чтобы я даже не увидела своего ребёнка.
Ещё одна схватка.
Я поняла, что меня выгнуло дугой.
Я заскулила, постаралась свернуться в комок.
В этот момент запищали приборы, мне руку придавили к кушетке, я тяжело задышала.
— Онс не успокаивается, надо вколоть успокоительное, — тут же нашлась медсестра, и в этот момент наш акушер заметил
— Ничего не колим, ничего не колим… Есения… Есения. Малыш уже подходит. Нам надо только помочь ему. Давайте, я знаю, вы сможете. Вы сможете…
А я ничего не знала. Мне казалось, что я вообще не контролировала эту ситуацию никак.
Появилась какая-то небольшая ширма.
