Автор
Врач медсестре указывает на опасность уезжать, но героиня решительно отказывается слушать. Она берет с собой младенца и решает остаться в больнице до прибытия мужа, который ожидается вечером как приятный сюрприз.
— И заботясь обо мне, ты не нашел ничего лучше, как снять все деньги с карт? — вглядываюсь в зеленые глаза, пытаюсь там найти ответы, хоть немного понять, что у него в голове?
Но он смотрит на меня, как раньше. С трепетом, волнением, любовью… да этот его особенный взгляд, что пробирается под кожу и окутывает сердце, ощущаю его даже сейчас.
Не понимаю. Как можно так притворяться?!
— Я хотел, чтобы ты одумалась, вернулась, и мы все решили. Я дал тебе время остыть. Но все затянулось. Ты себя так совсем изведешь, — голос пропитан заботой.
— Что обсуждать? Рома! Ты залез на мою сестру! — не хотела я говорить это при посторонних, неприятных мужиках. Но нервы сдают, он, будто играет на них свою дьявольскую мелодию.
— Я тебя защищал, — выдает с нежной улыбкой.
Подпрыгиваю на сиденье, давлюсь собственной слюной и надсадно кашляю.
Я ожидала чего угодно, но он снова умудряется взорвать мой мозг.
Он заботливо пытается постучать по моей спине.
— Осторожней, любимая.
— Убери руки, — хриплю. — Ты что? Защищал? Ты уверен, что тебе не нужна помощь Захара? — прижимаю дочь к себе. — Ты жил на две семьи, и это у тебя называется защитой?!
Сзади меня мужик издает смешок. Ну конечно, он попал на бесплатное представление.
— Именно защита. Ситуация неприятная, даже опасная. И я тебя уберегал, как мог, — снова пробует ко мне притронуться. Веду плечом, сбрасываю его руку.
— Защищая, делал ей детей? — мне хочется выпрыгнуть из машины, чтобы не слышать и не видеть.
Он перешел всевозможные грани. Даже боль отступает, мозг просто отказывается это понимать.
— Случайно получилось, — пожимает плечами.
— Дима тоже случайно получился? И все эти годы ты случайно оказывался в ее постели. А потом приходил домой с цветами и рассказывал, как ты меня любишь?
— Дима не мой сын! — говорит очень поспешно, брови на переносице сводит. — Лер, любил, люблю и всегда буду любить только тебя, — даже руку к сердцу прикладывает.
Слова выливаются на меня ушатом самых грязных помоев.
Машина останавливается у нашего дома… места, где я столько лет считала себя самой счастливой женщиной.
Не хочу туда идти. Не смогу переступить порог. Даже смотреть больно… слишком много воспоминаний, и все они… фальшь.
Игнорирую его протянутую руку. Выбираюсь из машины. Я с маленьким ребенком на руках, сопротивляться бессмысленно. Но я продолжаю лихорадочно думать, как от него сбежать.
