Вот это поворот.
— Это насколько?
Тут Глеб бормочет себе под нос нечто ругательное, а потом сгребает меня вместе с одеялом и утаскивает к себе на колени:
— Медовая моя, я жду, когда пройдёт год с твоего развода, чтобы спокойно позвать тебя замуж снова.
Удивление позволяет мне впервые за сегодняшний день распахнуть глаза. Оба.
— Вот это внезапно сейчас было. Ну, как я понимаю, благословения и принятия от твоих родителей я могу не ждать?
Поцелуй в нос, скулу, ушко и спокойное:
— Я уже давно большой мальчик и в состоянии обеспечить любимую женщину и свою семью всем необходимым.
Это все, конечно, здорово, но вопрос социальных связей, он коварный.
— Я в этом не сомневаюсь, хотя портить твои отношения с близкими в мои планы категорически не входило. Это во-первых. А во-вторых, ну, откровенно говоря, только-только разведясь я, в принципе, не думала о том, чтобы снова лезть в эту кабалу под названием «брак».
Прижимает крепче, фыркает в макушку:
— Вот поэтому, милая, я к тебе со своим предложением и не лез. Я все понимаю: тебе нужно время и я готов его тебе предоставить. Ари, главное, помни, что ты самая важная женщина в моей жизни.
Опять хочется плакать. Это так остро, так ярко и горячо, что просто нет сил вынести.
Лёгкий, нежный, невесомый поцелуй, и Глеб, прихватив Костю, растворился за гранью моего маленького тесного и мутного мирка.
А день покатился дальше, к сожалению, по тому же сценарию, что и предыдущая ночь.
Где-то на периферии сознания я слышала, как Лера собирает вещи, но сил не было даже задать какие-то нужные и важные вопросы. Они не формулировались, а язык толком не ворочался.
Зато к вечеру глаза распахнулись во всю ширь, но не просто оттого, что я вдруг почувствовала себя лучше.
Нет. От новостей.
Лохматый и изрядно вспотевший Кот выпалил, чуть ли не с порога:
— А сегодня после тренировки Глеб Максимович подрался с Кириллом Андреевичем.
Как мы с Лерой обалдели — не пересказать.
— Это с чего это? — прохрипела чуть слышно.
— Кот, в чем причина? Раз начал, так уже договаривай. Кто так сплетни-то переносит?
Сын обиженно фыркнул, но желание поделиться впечатлениями пересилило:
— Ну, точно никто ничего не понял. Просто Глеб Максимович что-то спросил у Кирилла Андреевича, а тот распсиховался и завопил: «Чего ты как девчонка? Ты все тянешь и тянешь, а надо быстро говорить! Теперь уж без вариантов…».
Так вот ты какой, северный олень.
«Неизвестный доброжелатель» оказался очень даже известным. И прямо натуральным доброжелателем.
Только вот драка эта на стадионе мне еще аукнется, вот к бабке не ходи.
Глава 66
Судьбоносная среда. Начало
'Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.