Более или менее совладав с тревогой, я занялась макияжем и включила плойку, остановив выбор на пляжных локонах."
"В поисках палетки с бронзерами я рылась в дурацкой запасной косметичке, куда складывала всякую невостребованную фигню из наборов, подаренных на день рождения и Рождество, и мысленно ругала себя на все корки за то, что никогда не покупаю понравившуюся косметику в двух экземплярах. И тут пара до боли знакомых татуированных рук обняла меня со спины и притянула к родной груди.
— По шкале от одного до десяти на сколько ты на меня злишься?
— Джоуи, блин! — ахнула я, чуть не подпрыгнув до потолка, хотя до сих пор думала, что это образное выражение. — Почему нельзя зайти нормально через дверь?
— Зачем нарушать традицию? — Его губы касались моего уха, глаза ловили мой взгляд в отражении. — Я бы сказал «отличные ножки», но разве можно обижать все прочие части твоего восхитительного тела?
Его ладони самым нахальным образом переместились с моей талии на бедра, пальцы скользнули под кружевную ткань трусов, оттянули резинку — и отпустили со щелчком.
— Отличное все, Моллой, — сообщил Джоуи, снова сомкнув руки на моей талии.
Ниже пупка затрепетало в страстном предвкушении.
— Спасибо.
— Ну так сколько? По шкале от одного до десяти?
Мои веки сами собой закрылись — неизбежная реакция на его прикосновение, с губ сорвался судорожный вздох.
— Одиннадцать.
— М-да. — Джоуи ткнулся лицом мне в затылок, втянул носом воздух и тяжело вздохнул. — Предсказуемо.
Словно агнец на заклание, я прильнула к нему, не в силах противиться искушению.
— Это все, что ты скажешь?
— Я свинья. — Джоуи поцеловал меня в щеку. — Недостойная скотина. — Снова поцелуй, на сей раз в другую щеку. — Прости. — На сей раз меня чмокнули в линию скул. — Я тебя люблю.
— Ты все забыл? — Я обернулась, и новый поцелуй пришелся мне в уголок губ. — Забыл наш вчерашний разговор?
— Я помню, что накосячил.
Я закатила глаза:
— Ты вечно косячишь.
— Эй. — Джоуи взял мое лицо в ладони, наклонился и вперил в меня ясный взгляд зеленых глаз. — Я серьезно. — Он потерся носом о мой нос, чмокнул его кончик и покаянно вздохнул. — Прости меня за вчерашнее.
— За что именно?
— За то, что кое-кто поступил как последняя сволочь и довел свою девушку до слез.
— Даже так? — Мысленно проклиная себя за малодушие, я, совершенно одурманенная ласками Джоуи, таяла в его объятиях и понимала, что увязла по уши. — Ладно, если увидишь этого утырка, передай, что я его не прощаю.
— Вот и правильно. — Он снова потерся носом о мой нос. — Говорят, твой бойфренд — редкостная скотина.
— Еще какая, — согласилась я, откликаясь на его нежный поцелуй. — Терплю его только из-за огромного члена.
— Серьезно?
— Ага.