Если я не избавлюсь от денег сейчас, потом отдавать будет нечего, и мы оба это прекрасно понимали.
— Я не твоя мать. — Моллой внимательно следила за дорогой, маневрируя на узком проселке. — Ты мне нужен не ради денег.
— Прости, что опоздал на скрининг, — наверное, в сотый раз покаялся я. — Прости за все. Мне очень стыдно.
— Знаю, Джо. — Она тихонько всхлипнула, по-прежнему избегая смотреть на меня. — Знаю.
— Люблю тебя. — Я нервно постукивал коленями и не переставал грызть ногти. — Больше жизни.
— Я тоже очень тебя люблю, — проникновенно ответила она.
Ее искренность не укладывалась в голове. Как ей удалось не разлюбить меня после всего?
Я не заслуживаю такого счастья.
— Все наладится, — выдавил я и положил трясущуюся ладонь на ее обтянутое джинсами бедро. — Я обязательно возьму себя в руки. Совсем скоро. Обещаю.
— Конечно, Джо, — печально ответила она, накрыв мою ладонь своей. — Как скажешь.
Меня охватила паника.
— Ты же мне веришь?"
"Моллой долго молчала, а потом повернулась ко мне.
— Я верю в тебя.
Едва мы подрулили к дому Каваны и выбрались из машины, как нас моментально окружила толпа собак и детей, среди которых мялся чертовски виноватый регбист.
— Джо! — хором воскликнули Олли с Тайгом, продолжая гоняться за парой очумелых золотистых ретриверов.
— Привет. — Кавана обогнул «опель», мои братья крутились рядом. — Э-э... короче... — Он осекся и с покаянным видом почесал в затылке. — Извини, что так вышло.
— Ты похитил его братьев, а теперь извиняешься? — привалившись к капоту, пошутила Моллой и потрепала по загривку древнего на вид лабрадора. — Ну ты и отчудил, регбист. Реально отчудил.
— О-ии! — Шон завизжал от восторга, когда, завернув за угол дома, заметил меня. — О-ии.
Вытянув ручонки, он помчался ко мне.
— Как поживает мой малыш? — заворковал я, поднимая его. — А? Накатался с Джонни?
Торжественно кивнув, он прижал мокрую ладошку к моей щеке и зарылся лицом мне в шею.
— Лублю О-ии.
— Молодец, — шепнул я Шону, когда он обнял меня за шею крошечными ручонками и крепко сжал. — Я тоже тебя люблю.
— О-ии.
Мое внимание переключилось на Моллой, которая оживленно беседовала о чем-то с парнем моей сестры.
— Что стряслось?
— Они были совсем одни, — ответил Кавана, поочередно косясь на нас с Шоном. — Включая малыша.
— А она? — опередила мой вопрос Моллой.
— Спала, наверное, — буркнул Кавана, и между ними промелькнуло нечто похожее на понимание.
— Черт! — выпалил я, ощутив, как растет тревога, а вместе с ней и боль в животе. — Господи Исусе!
— Не расстраивайся, Джо, — торопливо утешила Моллой, придвигаясь ко мне. — Зато мальчики побывали на приеме в поместье.
— Джоуи Линч! — окликнул женский голос, и я не сразу угадал мать Каваны.