Автор
В Аттикусе 2024 — любовь как оружие, способный изменить судьбу. Восемнадцатилетняя Ифа Моллой не боится трудностей и всегда готова помочь своему близкому Джоуи Линчу. Но теперь сама она нуждается в поддержке — как от сложных отношений, так и от внутренних уз.
Запретные ощущения, прорвав плотину, хлынули наружу, когда Джоуи потерся носом о мой нос с нежностью, которую, я знала, испытывал лишь ко мне. Какое пьянящее и вместе с тем пугающее чувство.
— Люблю тебя, — сказал он так непринужденно, что я ушам своим не поверила.
У меня вырвался судорожный вздох.
— Люблю тебя, — медленно повторил Джоуи, а после запечатлел на моих губах невинный, упоительный, душераздирающий поцелуй.
— Больше никаких стен. — Моя рука обвилась вокруг его талии, пальцы вцепились в рубашку с отчаянием утопающего.
Джоуи окаменел, но через секунду горестно вздохнул.
— Раз уж мы говорим начистоту, знай, меня пригласили сюда не просто так.
— Интересно... — прищурилась я, обуреваемая тревогой. — А зачем?
Джоуи покачал головой и, стиснув мою ладонь, увлек меня на улицу, в тихий уголок сада.
— Не психуй.
Я воинственно скрестила руки на груди:
— А ты не давай повода, никто и не будет психовать.
Джоуи поморщился и буркнул:
— Я толкнул Биггсу коробок.
— Спичек?
Он смущенно переступил с ноги на ногу.
— Травки.
— Джоуи, блин!
— К Шейну я не обращался, — поспешно заверил он. — Мы не пересекались с того самого вечера.
— Тогда откуда взялась «дурь»? Из личной заначки? — (Джоуи смущенно пожал плечами.) — Господи, я прямо как маленькая! Конечно, у тебя есть заначка.
— Больше нет, клянусь.
— Не ври...
— Никто тебе не врет, — перебил Джоуи.
— Как?
— В смысле — как?
— Как тебя угораздило продать травку компании мажоров из частной школы? — (Джоуи опасливо покосился на меня, но промолчал.) — Мне повторить?
— Может, они меня попросили?
Я смерила его выразительным взглядом, как бы говоря: «Ответ неверный».
Чертыхнувшись, Джоуи предпринял новую попытку:
— Деньги были нужны.
Вот это уже ближе к истине.
— Зачем?
— Для семьи.
— А конкретнее?
Джоуи закатил глаза и, тряхнув головой, выпалил:
— Конкретнее, папаша спустил всю мамину зарплату, а потом благодаря маме промотал всю мою.
— Как такое возможно?
— Сам виноват. Привык отдавать ей каждую неделю половину заработка и еще накинул на подарки мелким, — буркнул Джоуи. — Твой отец выделил мне пару сотен в честь Рождества, — нахмурившись, добавил он. — А я то ли тупанул, то ли слишком обдолбался, чтобы сообразить, во что выльется моя щедрость.
