Автор
В Аттикусе 2024 — любовь как оружие, способный изменить судьбу. Восемнадцатилетняя Ифа Моллой не боится трудностей и всегда готова помочь своему близкому Джоуи Линчу. Но теперь сама она нуждается в поддержке — как от сложных отношений, так и от внутренних уз.
О господи! — Закатив глаза, я вцепилась Джоуи в волосы. — Ты просто волшебник...
— Моллой!
— Извини. — Опомнившись, я развела колени в стороны. — Не останавливайся.
Бам-бам-бам!
— Отвали! — завопила я неугомонному козлу за дверью.
Бам-бам-бам!
— Тебе же сказали: отвали! — рявкнул Джоуи гораздо громче меня.
Бам-бам-бам!
— Ну все. — Джоуи в бешенстве вскочил и метнулся к двери. — Если это тот ненормальный светловолосый придурок, ему конец. Натяну по самые гланды!
— А все так хорошо начиналось, — хихикнула я и, преградив ему путь, замурлыкала: — Зачем натягивать кого-то, если можно натянуть меня.
У Джоуи загорелись глаза.
— Моллой.
— Обещаю вести себя хорошо. — Я выскользнула из рукавов, опустила платье до талии и задрала юбку. — Ну, что скажешь?
Он зачарованно уставился на мою обнаженную грудь и глухо застонал.
— Офигеть.
Упиваясь своей властью, я подтащила Джоуи к раковине.
— Хороший мальчик.
Он поднял бровь:
— Не издевайся.
Я с ухмылкой потянулась к пуговице у него на поясе, проворно расстегнула ширинку и рывком стянула джинсы вместе с боксерами до колен.
— Большой мальчик.
— Моллой!
— Всё, цыц, — велела я, лаская его каменный член.
— После такого перерыва долго я не продержусь, — пробормотал Джоуи, шагнув ко мне.
— Ничего страшного. — Повернувшись к нему спиной, я облокотилась о раковину и устремила взгляд в зеркало на стене. — Главное, все время смотри на меня.
— Господи!
Стряхнув оцепенение, Джоуи раздвинул мне ноги, погладил по спине и, стиснув мое бедро, свободной рукой направил в меня свой огромный член; тот погружался упоительно медленно, дюйм за дюймом.
Бам-бам-бам!
Долбили снаружи, однако Джоуи не отреагировал, предпочитая долбить меня.
— Не останавливайся, — стонала я. Пальцы судорожно хватались за фаянсовые борта, ноги подкашивались под натиском пьянящих толчков. — Сделай мне больно.
— Господи, Ифа, — прохрипел Джоуи и, не отводя от меня глаз, ускорил и без того бешеный темп. — Ты такая узкая.
— Так растяни меня, — взмолилась я, дрожа и извиваясь всем телом.
— Ты уже моя. — Его пальцы нащупали клитор. — Каждый дюйм.
Бам-бам-бам!
Я была такая мокрая, что с каждым разом огромный член проникал все глубже, но легкую боль затмевала знакомая волна наслаждения, поэтому вместо просьб прекратить с губ то и дело срывалось: «Сильнее!»
Бам-бам-бам!
Лишь когда Джоуи подался вперед и зажал мне рот, я поняла, что кричу в голос.
— Ш-ш-ш, Моллой, — велел он, глядя мне в глаза. — Тихо, маленькая.
