- Не напоминай мне! Я все еще продолжаю слышать комментарии о том, что он отказался от своей свободы, был скован кандалами, отказался от других женщин...
- Поверь мне, в его глазах нет других женщин. Не сейчас, когда есть ты у него.
- Ой... - Она слегка покраснела и хлопнула руками. - В любом случае. Ужин. Да, я приготовлю что-нибудь особенное."
"- Чертовски вкусно! - объявил Макрон, отодвигая тарелку из самосской глины и вытирая рот тыльной стороной ладони. Он посмотрел через садовый обеденный стол на Петронеллу с восхищением.
Они ели в прохладе сумерек, в то время как стрижи метались по воздуху, питаясь насекомыми. - Что ж, сделка для меня решена. Я определенно женюсь на тебе.
- Как будто когда-либо было какое-то сомнение, - фыркнула она.
- Серьезно, - продолжил Макрон, - если ты можешь готовить еду как эта...
- Мне немного помогли, - призналась Петронелла. - Один из ваших людей, Гирций. Он рассказал мне, что раньше он был поваром в доме сенатора.
Глаза Макрона слегка сузились. - Да что ты.
И с каких это пор ты обмениваешься советами по стряпне с рядовыми легионерами?
- Тарс не такой уж и большой город. Я столкнулась с ним, когда покупала травы на рынке. Нечасто можно увидеть солдата, покупающего ингредиенты для готовки, так что мы поговорили. Он сказал мне, что в прошлогодней кампании тебе понравилось блюдо, и я попросила его поделиться рецептом.
- В прошлом году? - нахмурился Макрон.
- Блюдо из козлятины, - подсказал Катон. - Ночью произошла драка между одним из наших людей и армянином.
- Я помню... бедный Глабий. Он заслужил лучшую смерть.
- Верно, - печально кивнул Катон.
Наступило короткое молчание, пока они вспоминали человека, которого Катон был вынужден казнить за убийство одного из их союзников.
Петронелла откашлялась и помахала ложкой Луцию. - Я видела это, молодой человек!
Луций вздрогнул, а затем изобразил невинность широко раскрытыми глазами. - А что я сделал?
- Я уже говорила тебе, что не надо кормить этого паршивого зверя за столом.
Я видела, как ты подсунул ему последний кусок мяса.
- Я не делал этого!
Она указала на собаку, сидящую на задних лапах рядом с мальчиком. Розовый язык Кассия скользнул по его морде, прежде чем он использовал его, чтобы ткнуть в Луция.
- Он голоден! - воскликнул Луций.
- Он всегда голоден. Он собака. Еда – единственное, о чем он когда-либо думает. - Петронелла сердито вздохнула и покачала головой. - В окружении людей и зверей, не такая уж большая разница.
