Посольство, особенно посланное из Рима, обычно проводилось в масштабе, достаточном, чтобы произвести впечатление на другую сторону. Но задача, которую поручил ему Корбулон, была чревата опасностями. Полководец не мог не знать этого. Тогда было бы лучше убедиться, что цена, которую, возможно, придется заплатить, была как можно более ограниченной. - Господин, учитывая обстоятельства, я думаю, было бы лучше, если бы меня сопровождал только небольшой эскорт. Нет смысла терять больше парней, чем вы можете себе позволить.
Корбулон несколько мгновений гладил свой подбородок и затем кивнул. -Как бы я не хотел произвести впечатление на наших парфянских друзей демонстрацией пышности, я согласен. Кто знает, может, мы это даже хорошо разыграем. Они знакомы с аскетизмом греков. Давай дадим им то же самое. Покажем, что Рим не занимается фальшивкой. Мы подходим строго к делу. Попробуй впечатлить их этим, трибун.
- Я сделаю все, что в моих силах, господин.
- Не сомневаюсь, - Корбулон помолчал, прежде чем продолжить.
- Ты возьмешь с собой одного из моих лучших людей в качестве советника. Аполлоний из Перги. Ты с ним встречался?
Катон покачал головой. - Не припомню.
- Как жалко. Он человек значительных способностей. Владеет многими восточными языками и хорошо знает регион. Именно такой человек будет рядом с тобой для решения поставленной задачи. Я уже проинформировал его о миссии. Фактически, он уже ждет снаружи. Думаю, вам двоим пора познакомиться. - Корбулон подошел к двери и открыл ее.
- Аполлоний, пожалуйста, зайди.
Человек, которого Катон видел ранее, вошел в комнату и, не спросив, пододвинул табурет к краю стола. Он осторожно поставил флейту.
- Благодарю вас за это. Это как раз то, что мне было нужно.
- Я рад, - ответил Корбулон. - Хорошо за ней приглядывай.
- Я сделаю все возможное, чтобы однажды вернуть ее тебе, - улыбнулся Аполлоний. - Вам она еще может понадобиться.
Командующего, похоже, не задело несколько фамильярное отношение мужчины, когда он вернулся в свое кресло.
Катон заколебался. Он почувствовал волну раздражения от того, что с этим человеком, Аполлонием, имело место такое фамильярное общение. Как будто он был агентом полководца, а Катон – его помощником, а не наоборот.
Корбулон откинулся на спинку стула и продолжил. - Разреши представить Аполлония, сына Демиппа из Перги. Возможно, ты слышал о его отце.
Имя всколыхнуло далекие воспоминания. - Философ? Последователь школы циников, если я припоминаю.
