Он пытается спровоцировать Рим на преждевременное возмездие? Если да, то есть ли у него сведения о слабом состоянии армии Корбулона? И кто предоставляет эту информацию?
- С этим можно будет разобраться позже. Будем надеяться, что твой хозяин не проглотит наживку, если ты прав насчет набегов.
Аполлоний пошевелился и на мгновение замолчал. - Ни один человек не является моим хозяином. Я выбираю, на кого работаю. Насколько я знаю Корбулона, он не будет действовать, пока не убедится, что его армия готова к кампании.
- Я согласен. Ты говорил о других возможностях, - подсказал Катон.
- Действительно. Есть еще кое-что. Что, если Хаграр совершает эти набеги, чтобы спровоцировать своего царя?
Катон нахмурился. - Что ты имеешь в виду?
- Предположим на минуту, что Вологез настроен на мир с Римом. Мы знаем, что он ведет войну со своим сыном Варданом и гирканскими повстанцами на восточной границе Парфии.
- Те мятежники поддерживаются римским золотом, - отметил Катон.
- Это правда, - согласился Аполлоний терпеливым тоном, подтверждающим очевидное. - Отсюда следует, что Вологез не будет стремиться вести две войны одновременно. Но что, если при его дворе есть фракция, решившая атаковать Рим? Что, если Хаграр пытается форсировать проблему? Если бы Корбулону было приказано действовать немедленно, тогда Вологез должен был бы прийти на помощь Дому Аттарана, и провоенная фракция получила бы желаемое столкновение.
- Интересно, - ответил Катон.
- Есть и другая возможность. Что, если настоящая цель этой фракции не сколько в том, чтобы спровоцировать войну, а сколько в том, чтобы свергнуть царя Вологеза?
- Как так?
- Подумай об этом. Царь уже ведет одну войну против гирканцев. Что, если ему будут угрожать еще одной? Если он откажется поддержать Дом Аттарана в битве против Рима, ближайшие вассалы к Каррам почувствуют себя брошенными и преданными и вполне могут восстать против него. Однако если он решит возглавить борьбу против Рима, он подвергнется нападению со стороны Вардана и гирканцев с востока.
Словом, Вологез в любом случае теряет свою тиару.
- В случае если будет война с Римом.
- Совершенно верно, - зевнул Катон. Он устал, и ему было трудно мыслить ясно. - Тогда вопрос в том, какой результат больше всего принесет пользу Риму. Если будет война между Римом и Парфией и Вологез падет, то будет борьба за его трон, и Парфия будет ослаблена.
