Автор
В Изнанке чувств героиня борется со своими внутренними переживаниями, скрытые за привычной толщиной. Несмотря на дождь и слезы матери, она хранит молчание, не желая разглашать свои истинные страдания. Этот роман — своего рода психологический драма в жестоком мире человеческих эмоций....
А успокоится себе позволяю только тогда, когда вагон сообщением Лубянка-Выхино трогается с места, увозя меня от соблазнов «Золотой Лиги». Откидываюсь на спинку сидения и облегченно выдыхаю.
Пронесло…
Или нет?
Глава 5
Конечно, на следующий день в школу идти было боязно. Ну, а как? Поступок мой меня совершенно не красил и врать я ненавидела, но и другого выхода у меня просто не было. Марк Хан вынудил меня пойти на крайние меры и совершенно не оставил выбора.
Вот только эти думы меня не спасали, а потому первые четыре урока я буквально летала по школе, дабы на перемене не наткнуться где-то на параллельный класс и наглого парня.
И все время, стоя у раздаточной, я чувствовала затылком чей-то пристальный взгляд.
Блин!
Пришлось терпеть, а затем взять свою еду и прошмыгнуть за столик, где меня уже ждала Майя.
— Привет."
"— Привет, — кивнула я девчонке и уже привычным движением поставила на ее поднос свой десерт — сегодня это был малиновый чизкейк.
— Чего ты опять как прибитая бродишь? — не отрывая взгляда от телефона, спросила меня Мцитури.
— Да так, имела вчера неосторожность развести местного Идола.
— Ну-ка, ну-ка?
И я тут же кратко поведала ей историю вчерашнего похода в медбокс.
— Ну, подруга, тут два варианта.
— Да?
— Ага. Первый, но, уж прости, маловероятный.
— Почему маловероятный? — перебила я девушку.
— Потому что, Таня, ты его Барби видела? На ее фоне половина школы просто рой моли.
И я тут же тяжело вздохнула, принимая ее слова за правду. Кристина Батурина была очень эффектной девочкой, в отличие от меня. И она умело подчеркивала свою красоту косметикой, идеальным маникюром и всеми этими девчачьими ужимками, что были мне чужды. Да, все верно, мы были абсолютно в разных весовых категориях.
— Но все же, я могу допустить, что ты нашему Кену элементарно понравилась.
— Понравилась? — задохнулась и прижала ладони к вдруг вспыхнувшим щекам, — Я?
— Ну не я же, Тань? — фыркнула Майя и закинула в рот порцию зеленого горошка.
— Да ну, бред, — передернула я плечами.
— И я, и я, и я того же мнения. Но ты не страшная же как ядерная война, а вполне себе ничего, надо признаться.
— А второй? — поджала я губы.
— Спор, — развела руками девушка.
— Какой еще спор? — подавилась я глотком чая.
— Ну такой, где главный военный трофей — это новенькая Таня Сажина.
