В непроглядной тьме подземелья каждый звуке кажется призраком — лишь ритмичный стук воды по каменным стенам и дыхание собственной крови напоминают, что жизнь не ускользнула. Кровавый след на поверхности камня говорит о том, что очередной изнурительный бой завершился смертью одного из могущественных чародеев, и теперь место подверглось новому обряду воскрешения, в котором лишь смелые духи способны принять участие....
Услышал перешептывания, становившиеся всё громче: «Нож, он притащил с собой нож, так нельзя».
Возможно, это противоречило каким-то дворовым правилам, и на драку с оружием не приходят, но мне плевать на их нормы и на этих людей, как и их мнение обо мне. Избивать себя я не позволю и буду защищаться всем доступным, невзирая ни на что.
— Убери железку, — буркнул Игорь, растеряно переминаясь и не рискуя сближаться.
— А то что? — спокойно спросил я, несколько раз поведя перед собой пародией на нож.
На это мой противник, растерявшись, так и не нашёлся, что сказать.
Ну нет, дружок, занятие в тренировочном зале не прошли бесследно. И хоть многого постигнуть я не сумел, но одно запомнил точно — отдавать инициативу нельзя. Сам рванул к нему, пригнувшись, и размашисто полоснул своей заточкой по руке. Противник, явно подобного не ожидав, дёрнулся назад, но недостаточно быстро. Заточенный кусок железа резанул кожу на запястье, оставив неглубокий порез.
— Псих, тебя посадят! — по-бабски визжа, крикнул он, а я молча продолжал идти на него, глядя в глаза и крепко сжимая своё оружие. Враг попятился назад. Шаг, ещё шаг и, не выдержав, побежал от меня, растолкав толпу учеников, окруживших нас.
Проводив его взглядам, я неспешно повернулся назад, увидев, как отпрянули зрители.
«Что ж, представление не удалось. С вашими жалобами можете обратиться к организаторам», — хотелось крикнуть им вслед, но это уже ни к чему. Подхватив рюкзак, я торопливо направился к заброшенной стройке, неожиданно для себя увидев трудовика, стоявшего возле школьного забора, задумчива смотрящего, как ухожу.
…………………………………
Фуф, наконец, я дома. Рюкзак летит на привычное для него места, одежда висит на вешалке. Сполоснуть руки, разогреть оставленный мамой обед. Теперь время уроков. Сейчас, когда мне открылась Великая игра, учёба во многом отошла на второй план, но уровень я по-прежнему старался держать. Скатываться в образовании не хотелось. Это был один из немногих поводов для мамы гордиться мной, и подводить её я не хотел.
