Автор
В изумрудных зубках Татьяны жила незаметная жизнь одиночества — уже пять лет она не читала ни одной новой книги. Но в один миг все изменилось: случайный подарок заставляет забыть о многолетнем анабиозе и вернуться к чтению. В комнату врывается расстроенный отец, доказывая Татьяне, что жизнь настолько опасна и непредсказуема, что можно потерять любовь, даже будучи женатым мужиком....
Случается какая-то накладка и Лескова, следующего из Колумбии с большой партией драгоценных камней, задерживают на таможне. Овечкину это печальное событие очень на руку, потому что позиции Лешего в банде могут здорово пошатнуться. Борис Борисович даже думает, что Лескова в банде уже и не будет, так как его элементарно посадят. Но по каким-то причинам Лескова на время следствия отпустили под подписку о невыезде. Наверное, Зельманд подключил все свои связи. Но камни-то, камни они потеряли!! Это жуткий провал.
Зельманд в панике, ведь камни – это плата за очередную партию оружия. Он знает, что с ребятами Санчеса шутки плохи. Если колумбийцы вовремя не получат автоматы и гранатометы, то Зельманда просто грохнут, ведь прислать из Колумбии пару серьезных ребят гораздо проще, чем провезти изумруды.
И тут у Овечкина выдается блестящий шанс доказать шефу свою незаменимость в деятельности «империи». У Бориса Борисовича на таможне работает давний друг, который Овечкину очень многим обязан.
– Игнатьева? – усмехнулся бородатый, субтильный хмырь.
– Точно. Игнатьев мелкая сошка, человек, который не будет задавать лишних вопросов. Более того, Игнатьев рад выслужиться перед главным редактором и всегда беспрекословно выполняет самые странные его просьбы. Овечкин давно использует Игнатьева, как свою личную «шестерку», как «мальчика на побегушках».
И вот тут две истории сливаются в одну! В смысле, – история со статьей, которую якобы написал Афанасьев и история с контрабандными изумрудами.
Дело в том, что подкинуть диск с компроматом в стол Афанасьеву и привезти камни с таможни Овечкин просит Игнатьева практически одновременно, с разницей буквально в два дня.
И тут Игнатьев, всегда такой послушный и исполнительный, вдруг путает все карты! Все! Парень оказался не такой уж нелюбопытный. Он взял да заглянул в сверток, который ему потихоньку передают на таможне.
