Автор
В изумрудных зубках Татьяны жила незаметная жизнь одиночества — уже пять лет она не читала ни одной новой книги. Но в один миг все изменилось: случайный подарок заставляет забыть о многолетнем анабиозе и вернуться к чтению. В комнату врывается расстроенный отец, доказывая Татьяне, что жизнь настолько опасна и непредсказуема, что можно потерять любовь, даже будучи женатым мужиком....
Правда, девки?
Татьяна с тоской оглянулась. Ей очень хотелось удрать, но путь преграждали столы, люди, сидящие за ними, помпезные официанты в роскошных камзолах, снующие по залу.
Флек сильно закашлялся. Пробормотал что-то нечленораздельное. Потом сделал непонятный жест, щелкнув пальцами над головой. Официант расценил это как призыв и немедленно возник у него за спиной. Но Флек не обратил на него внимания. Он горестно бросил руку вперед, сопроводив этот жест горестным «Э-э-эх!!!»
Татьяна поняла – не удрать. И присела на стул, на самый краешек, как бы давая понять, что она тут случайно, что не собирается быть в тягость, что все это досадное недоразумение.
Сычева быстро изучила меню и сделал заказ.
– Мне то же самое, – сказала Афанасьева, даже не заглянув в меню.
– Вешалка? – вопросительно глянула на Татьяну Сычева.
– Я совсем не хочу есть!
– Не выпендривайся, вешалка! У тебя круги под глазами и вид такой, словно ты вот-вот свалишься в голодный обморок.
– Я действительно не хочу есть! Ну... разве что кофе.
– Эспрессо? Американо? – подключился официант.
– Этот... как его... копи лювак!
– Простите, – официант заметно стушевался, – простите, это очень редкий сорт кофе, у нас его ... нет!
– Ну ты даешь, вешалка! И где ты успела этого нахвататься? Пожалуйста, принесите ей то же, что и нам, – распорядилась Сычева.
Флек икнул. Потом всерьез и надолго закашлялся. Прокашлявшись, он заказал себе «виски, виски и виски!»
Сычева странно на него посмотрела и обратилась к Тане:
– Это и есть тот «стресс» из-за которого ты так вырядилась и напилась? – Она кивнула на Флека.
"– Мой «стресс» лежал на моей кухне, – пробормотала Таня. – Он был с седыми висками и в жутких черных ботинках с развязанными шнурками. Он был мертв, мертв, мертв!!! – перешла она почти на крик, но осеклась и заговорила быстро и тихо. – Труп неизвестного в моей квартире. Откуда? Как он туда попал? Замок не взломан, значит, открыт ключом, а потом закрыт изнутри на один оборот. В доме все перевернуто, даже крупы из банок высыпаны! Все как у Павловской сегодня утром, понимаете?! Чтобы не сдохнуть от страха, я выпила коньяк, который нашла у Глеба.
– Он что... этот труп так и лежит у тебя на кухне? – прошептала Татьяна.
Флек снова закашлялся, и Сычева с размаху ударила его кулаком по спине.
– Нет, конечно. Я в милицию позвонила. Приехали очень быстро, допросили, осмотрели, тело увезли. Те же парни приезжали, что и прошлый раз. Этот...
