— Что случилось? — пробормотал я.
Мы стояли на приличном расстоянии от Димы, но окна машины были опущены, и я не хотел рисковать, чтобы он подслушал наш разговор, если он одна из причин напряжения Динары.
— Ничего, — быстро ответила она, но ее голос доказал, что она ошиблась.
— Не думал, что ты вернешься к сегодняшней гонке. Я боялся, что тебе понадобится несколько дней, чтобы убедить отца, что здесь ты в безопасности.
Она быстро отвела взгляд, а когда снова встретилась со мной взглядом, ее стены поднялись, запирая меня из ее разума и сердца.
— Динара, — умоляюще сказал я, беря ее за руку. — Скажи мне, что происходит.
Ее глаза встретились с моими, затем она убрала руку.
— Я не вернусь сегодня на гонки. Я больше не буду участвовать в заездах. Гонки всегда были лишь средством для достижения цели, и ты тоже, — ее голос дрогнул, когда она произнесла последнее.
— Лгунья, — прорычал я, снова подходя ближе.
Я не позволю ей установить дистанцию, между нами, ни физически, ни вербально. Мы прошли через слишком многое.
Нас обоих преследовали внутренние демоны — демоны, понятные только нам. Быть может, мы и родились по разные стороны баррикад, но судьба свела нас вместе, потому что мы были созданы друг для друга, потому что никто никогда не увидит мир таким, как мы.
— Если бы я был только средством для достижения цели, тебя бы сейчас здесь не было. Ты бы ушла без объяснений или бросила меня по телефону. Но ты здесь, Динара. Почему?
Она выдержала мой взгляд, стараясь казаться решительной и бесстрастной, но я видел все эмоции в этих зеленых глазах и знал ее слишком хорошо, чтобы поверить в ее шараду.
— Я просто подумала, что ты заслуживаешь того, чтобы узнать это лично после всего, что ты для меня сделал. Я не неблагодарная, даже если использовала тебя в своих целях.
Я ухмыльнулся.
— Тебе нужно сделать лучше, чтобы убедить меня.
— Это не имеет значения. Я здесь не для того, чтобы убеждать тебя, Адамо. Я здесь, чтобы сообщить тебе о своем решении. Это последний раз, когда ты меня видишь.
Я не останусь в лагере, и мы никогда больше не встретимся. Мое место в Чикаго, среди моих людей.
— Твоих людей? Людей, которые хотят, чтобы ты одевалась как фальшивая версия себя? Людей, которые знают только одну твою сторону, но не каждый аспект тебя самой, не те темные стороны, которые могу видеть только я.
Динара сунула руку в карман и достала сигарету. Ее пальцы дрожали, когда она прикурила.
— Я думал, ты хочешь бросить.
Она пожала плечами.
— Это не сработает.
