Автор
После глубокого интимного контакта с Нино, я ощущаю его теплые касания и ласки, но моя сердечная активность остается высокой. Вместе мы находимся в мире невесомых чувств и тайн, пока он не признается: "Я люблю тебя, Ясмина." Его слова наполняют нашу комнату ярким светом истинного сердца, заставляя дрожать от восхищения....
— Хорошо, что ты разговариваешь с ней и не используешь детский лепет, как это делают некоторые.
— Знала, что ты одобришь. — сказала я со смехом.
Нино кивнул, прежде чем снова обратить свое внимание на Невио, чьи ноги он держал в одной руке, чтобы остановить удары.
— Ты будешь лучшей матерью. — пробормотал Нино.
Я прикусила губу, наблюдая, как Нино, наконец, снял подгузник Невио и бросил его в мусорное ведро.
— У нас будет ребенок или столько, сколько ты захочешь, Киара.
Нино поднял голову, и решимость в его глазах, как всегда, успокоила мой встревоженный ум.
— Я знаю.
• ── ✾ ── •
Я старалась не проявлять любопытства, но меня распирало любопытство по поводу того, как прошла первая встреча Римо с его детьми. Поскольку мне все равно не терпелось его увидеть, я взяла тарелку с бутербродом и направилась в его спальню около обеда.
Постучав, я вошла внутрь, не дожидаясь ответа.
Римо сидел на краю кровати, на лбу у него блестел пот, лицо было напряженным. Я поспешила к его кровати и поставила тарелку.
"— Что ты делаешь? Тебе надо отдохнуть. — сказала я, пытаясь оттолкнуть Римо.
Даже раненый он был слишком силен.
— Я не прикован к постели.
— Ты ведешь себя неразумно. — пожурила я его. — А теперь ложись, или я позову Нино. Может, он привяжет тебя к кровати или вырубит болеутоляющими.
Римо скривил губы.
— Ты беспокоишься обо мне?
— Римо. Ложись, пожалуйста.
— Только потому, что ты сказала «пожалуйста». — ответил он и медленно лег, его ноги все еще были на полпути от кровати.
— Тебе нужна помощь?
— Нет. — твердо сказал он и медленно пополз дальше по кровати, несмотря на очевидную боль. — Счастлива?
— Да. — тихо ответила я. — Очень.
Я выдержала его взгляд, не говоря больше ни слова, потому что на самом деле мне и не нужно было этого делать. Римо был проницателен.
Сглотнув, я потянулась к тарелке и протянула ее ему.
— Я принесла тебе пастрами, потому что это твой любимый сэндвич.
— Ты, должно быть, очень волновалась, если положила мясо на мой сэндвич.
Я покачала головой и опустилась на край кровати.
— Это не единственная причина, по которой я волновалась. Как я уже сказала, мы семья, и я бы скучала по тебе.
Римо откусил еще кусочек.
— Надеюсь, ты не станешь более эмоциональной, когда забеременеешь.
Я на мгновение напряглась, потом расслабилась.
Римо вздохнул.
