Автор
После глубокого интимного контакта с Нино, я ощущаю его теплые касания и ласки, но моя сердечная активность остается высокой. Вместе мы находимся в мире невесомых чувств и тайн, пока он не признается: "Я люблю тебя, Ясмина." Его слова наполняют нашу комнату ярким светом истинного сердца, заставляя дрожать от восхищения....
— Нино, мы с Адамо пойдем вперед, а ты подождешь здесь?
Нино кивнул и повернулся к доктору.
— Вы можете уйти, и сиделка тоже.
Доктор Митчелл выглядел так, будто несогласен, но потом передумал и помахал рукой сиделке, чтобы та подошла.
Адамо и Фабиано медленно направились к скамейке. В конце концов только мы с Нино остались в начале тропинки, глядя вниз на скамейку.
Фабиано остановился прямо перед ним. Адамо поговорил с матерью и сел рядом с ней.
Нино подошел на несколько шагов ближе, его тело наполнилось напряжением.
Мы остановились на приличном расстоянии, вне пределов слышимости, но достаточно близко, чтобы увидеть шрамы от ожогов на руках женщины. Шрамы от того, как она пыталась убить своих мальчиков, перерезав им вены и сжигая заживо.
Она обернулась, посмотрела на нас через плечо, и у меня перехватило дыхание. Глаза у нее были серые, как у Нино.
Нино потянулся за пистолетом, но я коснулась его руки. Его взгляд метнулся ко мне, чужой и ненавистный, но более того —затравленный.
— Не сегодня.
Нино кивнул и опустил руку.
Я сжала наши пальцы, чтобы показать ему свою поддержку.
Миссис Фальконе все еще смотрела на нас, но в основном на меня. Ее неизменное внимание заставляло меня нервничать. Что-то в этом было слишком сильное.
Адамо проследил за ее взглядом и что-то сказал, что заставило ее кивнуть и повернуться к нему.
Я судорожно вздохнула. Нино внимательно наблюдал за происходящим, его глаза горели ненавистью, которую я обычно видела только на лице Римо.
Наконец Фабиано подал знак, и Нино помахал рукой сиделке, которая ждала в дверях. Миссис Фальконе снова уставилась на нас, когда Адамо и Фабиано возвращались.
Я была рада, когда мы сели в машину, и Нино тоже. Он сразу же завел машину и увез нас.
— Ну как? — тихо спросила я.
— Она была милой, немного растерянной. Она несколько раз назвала меня Римо. — сказал Адамо.
Нино дернулся, и машина на мгновение вильнула.
— Эй. — сказал Фабиано, наклоняясь вперед.
Нино не обратил на него внимания, его пальцы крепче сжали руль.
— Ты что думаешь, Фабиано? — спросила я.
Он пожал плечами, не отрывая взгляда от затылка Нино.
— Что-то в ней было не так, и я не просто хочу сказать, что она сумасшедшая.
Адамо смотрел в боковое окно с потерянным выражением лица.
— Ты хочешь снова навестить ее? — спросила я его.
Нино издал тихий звук, но ничего не сказал.
— Я так не думаю. Было странно видеть ее.
