Автор
Внутри заведения пахнет пряными духами и горячим шоколадом — атмосфера здесь восхитительно домашняя, но при этом не забывающая о незабываемой энергии молодежи. Я с легкостью нахожусь в этом месте, знакомых запахах и светлом обеденном пространстве, где каждый столик напоминает мне о новых свиданиях со своими друзьями....
— Твою мать, Ева, что ты творишь, — выдыхает, когда я с силой обнимаю его за шею и тяну на себя.
Кир припадает к моим губам, захватывает их в поцелуе и блуждает руками по моему телу, особенно нежно касаясь живота. Улыбаюсь, когда его движения становятся напористее и выгибаюсь дугой, издавая протяжный стон удовольствия.
— Такая манящая, Ева.
Кир накрывает меня собой и целует в шею. Прижимает меня к себе ближе, ласкает языком чувствительные точки на шее и гладит меня между ног так, что я готова на многое, если не на все, чтобы получить разрядку.
Кир отстраняется всего на несколько мгновений, стаскивает тонкую ткань и предстает передо мной во всей красе. Замечаю, что его тело стало более совершенным: косые мышцы живота, шесть кубиков на прессе, которые бугрятся так, что мне хочется обвести пальцами каждый из них, и более массивные плечи.
— Твою мать, Ева. Закрой глаза, иначе мне придется трахнуть тебя прямо сейчас.
— Трахни.
Порочно. Желанно. С придыханием.
Он отвечает мне почти сразу. Накрывает своим телом и прислоняется ближе. Настолько, что я чувствую его упругий член, вдавливающийся в мой клитор.
— Кир, — говорю на выдохе.
— Не могу, — выдыхает мне в рот и тянется рукой вниз.
Входит в меня нежно и медленно, хотя по его лицу вижу, что ему сложно сдерживаться: рот сжат в тонкую полоску, зрачки расширены, а руки с силой впиваются в мою талию.
— Я не сахарная, Кир, — даю ему разрешение на большее, в надежде, что он тут же изменит тактику, но он только говорит:
— Закрой рот, Ева. Сделай отложение.
Я замолкаю и прикрываю глаза. Наслаждение от вхождения в меня его члена растет с каждой секундной. Я ахаю, когда Кир приподнимается и притягивает меня к себе за бедра, входя глубже.
— Ева-а-а, — тянет он. — В тебе охуенно."
"Он замирает, вглядываясь в моё лицо и не решаясь спросить, не больно ли мне.
— Просто двигайся, Кир.
Он, наконец, слушает меня. Начинает движение и с каждым разом я приближаюсь к краю. Внутри поднимается волна дикого удовольствия, которое медленно перерастает во что-то необузданное и дикое. Вскрикиваю, когда пальцы Кира ложатся на клитор и слегка надавливают.
