– Правильно полагаешь, – отвечает она, вернувшись, должно быть, к тому занятию, от которого я её оторвал: сидя на подоконнике в кухне, курит сигаретки, одну за другой.
Не спрашивая позволения, я достал сигарету из своей пачки, прикуривая, пока она занималась тем, что откровенно изучала меня, пуская в сторону кольца дыма.
– Да, я всегда подозревала, что у моей маленькой сестрички стальные… гм... но не знала, насколько, – приходит она к одной лишь ей понятным выводам, возникающим в её светлой голове.
– Где она?
– Какая разница, если она не хочет тебя видеть? – Лада улыбается, словно ей весело от всей этой ситуации, явно забавляясь моими метаниями и получая удовольствие, видя мои терзания.
– Я люблю её, – произношу я, то ли оправдываясь, то ли пытаясь объяснить, почему ищу Алену.
Лада выпускает струю дыма прямо мне в лицо.
– Любишь, говоришь? – Теперь, я вижу, что за улыбкой прятались эмоции совсем иного свойства. – Жаль, что ты не видел, какой она была десять лет назад, после того как твой папаша с ней расправился!"
"– Я знаю всё, что произошло, знаю, что мой отец всё подстроил.
– Мне вновь остается лишь стискивать зубы, испытывая угрызения совести.
Девушка отрицательно качает головой, словно я говорю совсем не о том.
– Алена всегда отличалась от других, от меня, – продолжает она, пропуская мимо ушей мои слова. – Из семьи ушел папа – Алена до потери сознания занимается в зале, наша мама начала спиваться – Алена идет к тренеру и просит усложнить программу, с утра до ночи посвящая себя спорту, у Алены мама умирает и забирает вместе с собой в Ад наш единственный дом – Алена выигрывает все возможные для ее возраста соревнования, и, в конце концов, вы расстаетесь с Аленой – и она возвращается в Россию с олимпийским «золотом».
Чем ей хуже, тем больше спорта в ее жизни. Для неё спортивная гимнастика была единственным способом жить среди творившегося вокруг неё хаоса, пока я трусливо сбежала, оставив её с бабушкой, потому что не сомневалась, что она справится, порой не понимая, каким трудом ей это дается.
Лада рассказывает о своей родной сестре надломленным голосом, борясь со слезами, которые все равно стекают по её щекам, и я чувствую, как у самого горло словно сжимает стальная рука.
– И твой юродивый папаша, словно разгадав её, понял, как можно сломать девчонку, как добить, поэтому отнял у неё хоть какую-то возможность справиться с той болью, которую ей принесли ваши отношения: он просто закрыл перед ней все двери в большой спорт.
