Автор
За мной следят. Меня сбрасывают со счетов. Я возвращаюсь домой и продолжаю пить горький чай, пряча телефон за спину. Слова "Макс не мог нас найти" разносятся по городу среди толпы, я чувствую себя затерянной здесь, но знаю, что он далеко.
Потом Стеф уходит, а я остаюсь. Сижу в баре, медленно опустошая стакан, и смотрю в одну точку. Мне некуда идти.
Домой? А зачем? Там давно уже пусто и нет ни единого угла, в каком бы я чувствовал себя уютно. Просто стены, лишенные души. Конура в которой можно переночевать, сполоснуться, а утром уйти и за день ни разу не вспомнить.
К друзьям? Видеть никого неохота. Я сейчас такой себе собеседник, да и друг, наверное, хреновый, потому что никого не слышу и не вижу. Вещь в себе.
Вернуться в загородный дом, где сидит моя бывшая жена? От одной мысли об этом с меня шкура начинает слезать лохмотьями, и желудок поджимается так, что еще немного и выплюну его, вместе с обломком мотора, все еще дергающегося у меня за грудиной.
Я ведь дом этот сраный случайно купил. Вынырнул из коматоза после развода, даже толком не проморгался, но увидел объявление на сайте и в тот же день купил. Не задумываясь, как робот. Просто пришел, отвалил кучу бабла, а потом сидел на крыльце и втыкал, что это за на хрен.
Не жалею, кстати, что купил.
Дебил…
Не сенбернар. Я. Махровый, конченый дебил.
— Здесь свободно? — позади раздается мелодичный голос.
Я, не оглядываясь, киваю."
"В следующую секунду, тихо звякнув ремнем-цепочкой, на стойку возле моей руки опускается черный лакированный клатч, а на соседний барный – девушка.
Блондинка. Это радует, потому что с недавних пор брюнетки ассоциируются у меня исключительно с проблемами, а красноволосые так и вовсе с глобальным, всеобъемлющим звездецом.
Она садится, элегантно укладывает ногу на ногу. Поправляет волосы, перекинув их через одно плечо и, оперевшись на локти, подается ближе к бармену:
— Мохито безалкогольный, — произносит кокетливо. И как бы невзначай, мимолетом мажет по мне быстрым, игривым взглядом.
Тут же отворачивается, мол не заинтересовал. И вообще я не такая.
Дешевая игра, которая считывается на раз-два. Это вам не многоходовка, организованная бывшей женой. Та к делу с фантазией подходила, с душой, так чтобы наверняка и в щепки. Ненавижу.
А белобрысая проста и вульгарна — обезьяньи ужимки слишком очевидны. Как по мне – это охренеть какой плюс.
— Угощаю, — киваю бармену.
На девку не смотрю. В нос бьют сладкий аромат: будто сахарная вата, смешанная с йодом.
