В Кремлевском дворце Москвы проблемы растут из рук вон плохо: неучтенные существа появляются в Сибири, забастовки ведутся в разных городах, а заводы подмосковных артефактов сгорели внезапно. Книга "Я царь" XXVIII — это мрачное приглашение на дно сомнений и неизвестностей, где каждый шаг становится решающим в новой реальности....
Павел висел на правом плече, в кармане Некрономикон.
Вернемся на Сахалин и проведем подробный анализ. Но а пока надо выбраться отсюда. По картам мы поднялись на уровень выше и пошли через подземные ходы."
"Дальше, сканируя округу, мы вышли в той же точке, откуда я заходил.
Рядом с моей машиной стояли два агента Первого отдела.
— Господин…– тут же подбежал к нам один из агентов и подхватил Павла.
— Отследите, что будет с Пушкиным. У вас есть мой номер. Как только узнаете, что он сделал с Карениной, тут же доложите мне.
— Есть.
Мы сели в машину, и я приказал Лоре отвезти нас домой.
— Сделай полное сканирование.
— Уже сделала, — ответила Лора. — Никаких спрятанных жучков и артефактов нет. Рунические письмена для отслеживания также отсутствуют.
Ну хоть тут все чисто. Но на всякий случай такую же процедуру я сделал и с Павлом. Помимо его воли, Петр Первый мог сделать с ним что угодно. Но к счастью, обошлось, и царевич был в порядке.
По дороге я отправил сообщение Петру Петровичу и сказал, что скоро вся семья будет в сборе.
— Ты бы хоть музыку врубил, — прошептал Павел.
Его состояние по чуть-чуть, но улучшилось. Даже стало интересно, что это за клетка такая, в которой он сидел…
Я включил радио и через минуту уже вырубил его. Очернение Петра Петровича. Сплошное восхваление Петра Первого, и то, как Пушкин спас нового царя от покушения Кузнецова.
А про Павла Романова, как я и предполагал, ничего не было сказано.
На трассе я уже поднял машину в воздух, и мы быстренько долетели до моего особняка. Там я и встретил Ростислава Тихомировича. После того, как приземлился, он лично вышел ко мне.
— Это царевич Павел? — тут же возник Андреев и лекарями.
— Он самый, — кивнул я, передавая его в руки более квалифицированных людей.
— Михаил, — обратился граф Бердышев ко мне. — Час назад сюда приехал Арина Родионовна, няня Александра Пушкина. Она хочет с тобой побеседовать. Но для начала, скажи: то, что говорят по радио, это правда?
— О чем?
— О том, что Пушкин спас Петра Первого?
— Нет.
Он как будто выдохнул от этой новости и проводил меня в гостиную. Там сидела маленькая старушка в платке. Но как только я увидел ее взгляд, понял, что с ней шутки плохи.
