Автор
Сегодня ты будешь первым шагом на пути к свободе и самореализации в новой роли — а именно так ты и почувствуешь себя: первый рабочий день, первый день независимости. Теплый воздух напоминает о том, что лето не за горами, будто само стремится к свободе после трех недель безот隙ного дождя....
Похоже, эти двое не слишком-то друг друга любят, но это меня не касалось. Вспомнились слова Елисеева про пасть дракона, хотя по мне, так Архангельский больше на бегемота смахивал.
— Понятно. — Громила быстро просканировал меня своим взглядом. — Папа, значит, мальчика хотел, а родилась Василиса. Верно?
Вот это уже перебор! Да какое ему дело?!
— Значит, так, Василиса Рыжая. Испытательный срок, как и везде, три месяца. Сходи в кадры, отдай им трудовую, если имеется. Твое задание — выяснить, на ком женится Кощей, он же Олег Бессмертный.
Через секунду он уже забил яростно по клавиатуре своего компьютера, больше совершенно не обращая на нас внимания.
— Пойдем, — шепнул на ухо Ваня. Судя по его довольному виду, он ловил кайф от всего происходящего.
Смольская, или «гот», как я уже окрестила ее про себя, молча проследовала по коридору, она точно знала, где находится отдел кадров, и помощь Елисеева ей явно была не нужна.
— Можешь не торопиться, Вась. Кстати, ничего, что я тебя так называю? У меня двоюродная сестра Василиса, так мы ее только так и зовем. Кстати, тоже рыжая, как и ты.
Я покорно кивнула. Меня Василисой разве что учителя да преподы в универе называли, еще мама, когда пыталась «серьезно-поговорить-со-своей-дочерью-которой-давно-пора-повзрослеть».
— А почему не торопиться? И вообще я…
— В шоке? — подсказал проницательный Елисеев. — Не переживай, это нормальная реакция — как на Архангельского, так и на все, что здесь происходит. Редакция.
Он пожал плечами, как будто одно это слово объясняло все.
— Не переживать?
Я прислонилась к стене коридора и машинально проследила глазами за парочкой громко ругающихся женщин, только что прошедших мимо.
— Я уже сжилась с мыслью, что буду работать здесь, у Сергея, а оказалось… — Я запнулась и посмотрела на безмятежно улыбающегося Елисеева.
"— Не-а… — Ваня сокрушенно покачал головой. — Жора у нас не шутник. Он любит «нулевок» бросать в самое пекло, почти как спартанцы своих младенцев в пропасть. Но он и не сумасшедший. Выяснять, кто охомутал наконец Кощея, будет полредакции.
