Автор
В главе 7 "Я Гордый" мы видим обычную семью, где любовь и забота за старшего сына доминируют. Мама встретила его радостно, но сразу же обращается к отцу, волнуясь за ситуацию в школе у Кати. Встреча становится напряженной из-за планов вылета на следующий день.
Дамочки размышляли недолго и испарились быстрей, чем я моргнул пару раз.
— Ну ни хрена себе! — выдохнул я, очень впечатлившись ее речью. — Долго репетировала?
— Голый экспромт, — довольно улыбнулась она, наконец отпустив Шестую, которая сразу телепортировалась ко мне на колени.
— Корсет жмет, обувь неудобная, еще и прическа эта, — тут же пожаловалась она.
— А зачем так разоделись? Никто же не видит.
— Видят и следят, — рядом устроилась Один Шесть. — Троих шпионов уже вычислили, но пока не трогаем.
— Не слишком ли? Все-таки принцессы. Да и вообще, стоило ли себя раскрывать перед ними?
— В этом великой тайны нет. Наложницы-телохранительницы, обычная практика у аристократов. Ну и пищу для размышлений им надо было дать — пока будут думать, мы займемся делами без лишних ушей.
При этом ее рука ненавязчиво скользнула мне по колену вверх.
— Знаю я твои дела — оставим их на ночь.
— Мы и раньше управимся, тем более, что без дела не сидели и наброски есть.
— Тем лучше. В общем, пока все собираются, я, пожалуй, переоденусь, а то этот костюм уже напрягает, если честно.
Знаете, в моем старом мире, был один замечательный правитель, сидевший на почти троне одной азиатской страны. Был он очень хорошим и постоянно думал о народе.
Но он продолжал думать, понимая, что делает правое дело. Он думал о них на яхте, в своём шикарном лимузине, глядя из окна которого, радовался жизни людей, поглядывая на дорогущие золотые часы. Да-да, вы все правильно поняли — это был честный и очень заботливый правитель, потому что именно в таких условиях легче всего думать о людях. Заметили же, что чем дороже у человека дом или яхта, тем больше у него мыслей, как помочь людям? И люди таким верят, потому как понятно же, что эти уже всего добились и у них есть время на умные мысли.
Так вот, не любили этого правителя на Западе и считали, что он — о ужас! -думает только о себе.
