Автор
В главе 7 "Я Гордый" мы видим обычную семью, где любовь и забота за старшего сына доминируют. Мама встретила его радостно, но сразу же обращается к отцу, волнуясь за ситуацию в школе у Кати. Встреча становится напряженной из-за планов вылета на следующий день.
— Благословляю вас, дети мои, — громко сказал Кудеяр, и поляна наполнилась всякими существами явно не людского происхождения.
Меня валили, обнимали и даже целовали — по-моему, это была русалка. Лучезара тоже оказалась в кругу нелюдей. Гам и шум подняли до небес.
Но ненадолго. Спустя где-то час страсти улеглись, и мы остались одни. В этой кутерьме я сам не заметил, когда Лучик успела переодеться во вполне современную одежду и уже держала в руке ручку от чемодана на колесиках.
— Это мое приданое, — сказала она, и увидев мою скептическую улыбку, улыбнулась в ответ.
— Думаешь, мало, да?
— Да мне ничего не нужно. Не последний человек в империи и в деньгах нужды нет. Я думал, у тебя там личные вещи."
"— И это тоже, — кивнула она. — Ты не смотри на размер, смотри внутрь. А внутри намного больше, чем кажется. Ну что, готов?
— Вообще-то это моя фраза, но готов конечно. А Кудеяр где? Я ж без него вернуться не смогу.
— Ты теперь многое можешь, с благословением богов. Пожелай и окажешься снаружи.
— Боюсь, тебе в ближайшее время будет не до него, — сказал я, крепко прижав ее и поцеловав в губы. Ну и рукам вольности дал, потому как теперь имею законное право.
Она ответила так страстно, что я чуть голову не потерял, и лишь сила воли позволила мне оторваться от нее.
— Позже, у нас вся жизнь впереди и ночь будет нашей. Тогда и проверю выносливость берегини.
— Как бы тебе не пришлось пощады просить, муж мой, — лукаво усмехнулась она.
— А вот и посмотрим. Пошли?
— Пошли.
Взявшись за руки, мы шагнули в легкое марево, и на этот раз я никакого сопротивления не почувствовал. Вот мы были у них, а вот стоим в храме.
Пока она с любопытством осматривала обстановку, я взял ее под руку и пошел к выходу, удивляясь, откуда на мне взялась моя старая одежда. Не иначе боги ворожат.
Охрана, что меня ожидала, с удивлением посмотрела на мою спутницу, чуть зависла, потом посмотрела с еще большим удивлением и настороженностью.
А теперь домой — удивлять и возмущать. Потому как представив себе лица родителей, я аж воспылал.
