Встреча Ирины с кошмаром в лице свекрови заставляет ее задуматься о предательстве и собственном самоуверении. Власть этой женщиной кажется неисчислимой, словно все страшилки из анекдотов сошлись воедино, чтобы создать воплощение злых свекровей. Ирина чувствует себя в ловушке ищущего ускользания Анны Викторовны, дабы она не портит вечер....
До сих пор не поменяли. Можно или в квартиру позвонить, чтобы впустили, или самому открыть.
Поколебавшись, женщина подхватила младшего ребёнка на руки и пошла к своему дому. Старшая девочка давно уже убежала вперёд.
Егор пил виски со льдом, сидя перед телевизором и меланхолично перебирая чётки, когда услышал стук в дверь. Подошёл, посмотрел в дверной глазок. Никого. А стук повторился. Вот те на! Пригляделся хорошенько, увидел чью-то светлую макушку гораздо ниже уровня глазка. Ребёнок! Как же странно. Открыл дверь, не бояться же ему незнакомых детей.
– Ну, привет, Егорушка, – сказала малышка. – Наверное, мы давно с тобой не виделись.
– Д-давно. Ни разу, – обалдел Егор.
Девочка по-хозяйски отодвинула его, прошла в квартиру. Он даже остановить её не догадался, настолько в шоке был. Она сняла сандалики, двинулась дальше, с любопытством оглядывая обстановку. Зашла в гостиную, увидела стакан, поморщилась:
– Тебе разве завтра не на работу?
– На работу, – подтвердил Егор.
– Смотри, не увлекайся. Отца моего это сгубило. – девочка погрозила ему кулачком.
Говорила она вроде бы и по-детски. С пришепетыванием, а ещё немного картавила. Но на смысле это не отражалось.
– Ты кто? Это розыгрыш какой-то?
– Ты, смотрю, ремонт сделал, освежил тут всё. А в моей комнате – тоже?
– В твоей комнате? Да что происходит-то?
Но девочка не слушала, она уже направлялась к маминой комнате, открыла дверь, зашла, как к себе.
– Свет включи, я пока не достаю до выключателя, – скомандовала она.
Действительно, уже сумерки были, в комнате темновато. Егор сам не понял, почему повиновался.
– Да, смотрю, и здесь всё поменял. И кровать другая, и шкаф не мой. Зато столик остался. И сундучок мой.
В каком-то оцепенении Егор смотрел, как девочка взяла мамин сундучок, села с ним на диван, а потом уверенно нажала деревянный резной лепесток на крышке. Узор в виде цветка отъехал в сторону. Егор и сам не знал, что сундучок с таким секретом.
– Теперь оно мне большое, – сказала с явным сожалением.
– Ты меня так и не узнал? – смотрит Егору прямо в душу, кажется. Глазищи огромные, голубые. Взгляд точно как у мамы. Боже мой, он же даже один шот не допил, не может быть в хлам пьяным, чтобы такие галлюцинации начались. А она подошла, вложила ему в ладонь кольцо.
