Жанр
В центре окопа кипела жара и напряжение: странные солдаты посыпались на бруствер, а за ними свистел выстрел. Окоп был глубокий и укрепленный, но все же не мог пережить беспрестанной вражеской обороны. Казалось, каждый момент может стать последним.
Сердце пропустило пару ударов, но радость от осознания того, что лечу домой, заставила его биться в два раза быстрее прежнего. Да уж, здесь я еще не летал, осталось море испытать.
На аэродроме царила… нет, не паника, а какая-то нелепая пауза. Все, кто выбежал на поле, тупо стояли с открытыми ртами и, задрав головы вверх, наблюдали, как мы улетаем. Никто не сделал и попытки как-то помешать, а тем более выстрелить, да и оружия в руках я не видел.
Поднимаясь по спирали, аэроплан, казалось, ползет, как муха по стеклу.
Летун держал высоту всего метров триста. Оказалось, что выше они и не забираются почти, ПВО еще нет, а так, если что-то откажет, то хоть падать невысоко. За такую инициативу я, смеясь, похвалил летуна, проорав ему поощрение, хотя вряд ли он меня слышал. Через какое-то время в полете уже сам летчик в переговорную трубу попросил меня о посадке. Я, думая, что возникли неполадки, дал добро, а летун начал снижаться.
Найдя подходящее место, им оказалась полевая дорога, аэроплан был успешно посажен, и летун заглушил двигатель. Оказалось, тот хотел заправиться, а то он боялся заправляться в воздухе. Если честно, я и сам этого боялся.
– Мы где сейчас, хотя бы примерно? – спросил я, помогая летчику справиться с топливом.
– Прошли примерно сто пятьдесят километров.
– А ты линию фронта пересек? – вдруг спросил я.
– Нет, мы на территории под контролем нашей армии…
– А какого черта ты летишь тут? Надеешься, что при посадках тебя спасут? Ты или идиот, или очень умный. Если я только пойму, что мне грозит плен или пуля, я просто тебя убью. Так и знай, ты меня не переживешь. А вот если доберемся благополучно, я гарантирую тебе нормальную жизнь. Больше того, если все сделаешь, как я требую, я просто отпущу тебя, а не сдам в плен нашей армии. Перелетишь линию фронта и все, ты дома.
– Вы правда отпустите меня? – Кажется, до него дошло, что я вовсе не желаю ему зла, а хочу просто добраться домой.
– Слово офицера! – Плевать, что я не офицер, пусть видит, что я серьезен.
После такой беседы наши дела наладились. Мы дружно дозаправили самолет, надеюсь, что горючки все же хватит, и, вновь поднявшись в небо, пошли на восток.
Слава богу, что в эти времена еще не слыхали о ПВО.
