Автор
В Я к тебе (не) вернусь — читатель оказывается на пороге холодной реальности, где любовь превращается в ужасающую правду. В каждой странице ощущение того, что всё может разрушиться мгновенно, заставляя героиню жить по часам, словно это ее последняя запись перед исчезновением....
А теперь скажи мне, что случилось.
— Себастьян… — беспомощно скулю я, объясняя обрывками: — Там была ещё одна лазейка… Ловушка… На них напали… Он в больнице.
Раян двигает глазами по моему лицу ещё некоторое время, не выражая удивления, а затем сдержанно кивает и отстраняется.
— Я поеду с тобой.
Я растерянно моргаю и шмыгаю носом, смахнув со щеки упавшую слезу.
— Я позвоню Мелиссе, чтобы присмотрела за Мией, — лепечу я и быстро хватаю с тумбочки телефон, дрожащими пальцами набирая номер девушки.
* * *
Пока я жду Мелиссу, мне кажется, что стрелки на часах замирают, коварно посмеиваясь надо мной.
К прибытию Мелиссы я успеваю переодеть Мию, ещё раз покормить, и у меня получается даже немного успокоиться. Она приезжает примерно через два часа, с недоверием поглядывает на Раяна, пока я сбивчиво пытаюсь объяснить ей, что делать, и кивает, обещая, что с Мией все будет хорошо.
Я не боюсь оставлять дочь с ней. Она любит Мию, как родную племянницу и часто уделяет ей внимание.
Пока еду с Раяном в такси, волнение снова обостряется. Я ощущаю его горячую ладонь на своем бедре и плотные короткие поглаживания по спине, но мне некогда зацикливаться на этом, потому что мои мысли бегут одна впереди другой. Это случилось сегодня, может быть, в то самое время, когда я изменяла Себастьяну с отцом своей дочери.
Больница появляется в моем кругозоре неожиданно. Я позволяю Раяну помочь мне и сопроводить внутрь, где он обо всем узнает вместо меня.
Он остается в приемной, а я лечу по коридору, придерживая халат на плечах, норовящий соскользнуть от быстрого потока воздуха. Когда нажимаю на ручку двери, сердце бухкает так, что этот звук отдается в ушах.
Я успеваю облиться холодом и жаром одновременно, пока наконец не открываю ее и вижу Себастьяна, лежащего на больничной койке.
— Эвелин, — на его лице расплывается теплая улыбка и он пытается привстать на локте, но падает обратно, застонав."
"Я испуганно вдыхаю и пересекаю палату, успевая заметить забинтованную грудь и руку.
— Себастьян, — его имя вырывается из груди на нестойком выдохе, — Себастьян, как ты?
— Да нормально я, — он морщится и кое-как привстает к спинке.
