Проснувшись днем, я понял, что это день следующего дня. За окном пылало солнце, а за дверью свежий запах мяса отговаривал меня от еды в саду. Этот городок Пограничья был напоминан каким-то обычным шумом и криками — будни обычной жизни на пороге приключений.
— Проверить что там? — спросил я, намекая на бродяжку, и поудобнее перехватил двудулку, чтобы и выскочить легко было, и сразу пальнуть, если придётся.
— Думаю, ты там уже ничего не увидишь, — со вздохом сказал Датч и нахмурился.
Сзади хлопнула дверь, и в боковом зеркале показалась Деми. Походка типа расслабленная, руки в задних карманах, типа я тут гуляю просто, а рукоятка пистолета совершенно случайно торчит на поясе. Я попытался прогнать по округе чуйку, но доступ пока был закрыт. Хм, что же я тогда почувствовал?
— Это Магда, жена Ульрика,— будто отвечая на мои мысли, ответил голландец.
Я пожал плечами. Тоже раньше думал, что мой конёк — это восприятие, через физические ощущения. Но потом попал на Аркадию, познакомился с шакрасом, и теперь не всё так однозначно.
— Может, выйти? Даже на забор лезть не надо, с кузова перемахнуть можно.
— Не торопись, — придержал меня голландец и даже демонстративно застегнул кобуру. — Здесь горе, но пик уже прошёл. Скоро запустят. Я эту семью давно знаю, а Ульрик — он один из нас. Планировали, что он на базу переедет, но ему заказ от «Искателей» пришёл нестандартный под какую-то технику. Я не разбираюсь, но считает, что можно им брак подсунуть, который они не сразу заметят… Сам у него спросишь, открывают уже.
Ворота вздрогнули, и створки поехали назад. В проёме появился мужчина. Или лучше двухметровый мужчинище, на которого бы с завистью смотрела половина моей прошлой качалки. Все те мальки, что всего лишь за сто тридцать килограмм веса. Либо это Ульрик собственной персоной, либо из меня хреновый интуит. Стало интересно, что же у него за геном. Там такая масса была, что одного кристалла песчаного каймана максимум на одну руку бы хватило.
— У него геном какого-нибудь гризли? — спросил я у Датча, когда жалобный скрип распахнутых ворот прекратился."
"— Ему только такого не говори, — фыркнул голландец. — Ты, видимо, мало ещё встречался с нашей мегафауной. Очевидно же, что он из наших. В смысле из мирных. Трицератопс он, — Датч развёл руками, словно удивляясь, как я этого не понял сразу. — Шишки на лбу видишь? И нос с горбинкой? И челюсть по бокам широкая… Хотя ладно, там из-за бакенбардов не видно.
