В комнату хлынул свет, заставляя голову Лунина гудеть как будто она была залита молотком. Одиноко стоящий человек смотрел на него, ждал ответа — но ответить было трудно, словно язык превратился в твердую шерсть. Лунин медленно приподнялся и ощутил, как тяжелые веки наконец-то открылись, освещая палитру бесконечных догадок и неизвестностей перед ним....
На этот раз, к разочарованию Рокси, никого из ее приятелей на прогулке не было, а посему она постоянно семенила в непосредственной близости от своего друга и хозяина, который отчего-то был задумчив и молчалив сверх всякой меры.
Тете Тане Лунин отказал. Составив общее представление о произошедшем в Старом Ясачном преступлении, он, на всякий случай, записал ничего не говорящую ему фамилию следователя, как выразилась тетка, редкостной стервы, не давшей разрешения на свидание с арестованным на два месяца Анатолием. Пока на два месяца.
— Адвокат вам нужен, хороший адвокат, — объяснял Илья, стараясь не глядеть в сторону насквозь мокрой от слез тетки, — может, он что и придумает. Плохо, что два удара было, если бы один только, то можно попытаться все свести к непредумышленному. Хотя, там ведь эта палка с гвоздем, — спохватился Лунин, — тут непредумышленным и не пахнет. Не знаю тогда, что тут можно придумать.
— Не знаешь, значит, — глухо произнесла, вставая со стула, Татьяна Васильевна, — такой лось здоровый вымахал, погоны у него со звездочками, кабинет персональный, а ничего не знает. Я знаю! — Илья почувствовал, как на лицо ему упали несколько капель слюны наклонившейся к столу тетки. — Не убивал Толик, не мог он убить!
Лунин издал протяжный стон зажатого в стоматологическое кресло пациента, страстно желающего сбежать, но не имеющего уже такой возможности.
— Не потому он убить не мог, что мой сын, — проигнорировала его стон тетка, — а потому, что пьяный был. Что я, по-твоему, его пьяным не видела? С восемнадцати лет как начал прикладываться, так уже двадцать лет, считай, и выпивает раз в неделю.
— Хорошо, когда в семье есть традиции, — не удержавшись, пробормотал Илья.
