В потемневших под окном квартирах мерцали тусклые лампочки, а мимо шел дым от запертого подъезда. Я, ошарашенная и непостижно напуганная, ползла вдоль парапета на уровне 15-го этажа, приговаривая хруст снега под сапогами – не хрустеть же. Здесь пылал огонь и мрак, а я была лишь его носильщиком по высоте....
Помимо него здесь работали еще несколько человек: смесовик грунта, артефактор, что отвечал за работу запорных механизмов, которые обеспечивали проветривание и полив, а также подсобные рабочие – проштрафившиеся адепты. Пока что последние были представлены единолично мной.
Сегодня мне требовалось выполоть грядку с мандрагорами. Желательно не потревожив последние. Пусть растения сидели в земле и крикливость у них потому была пониженная, но не нулевая же…
И я принялась за дело. А спустя полчаса ко мне неожиданно присоединился один из «подозреваемых в сыновья канцлера».
Одногруппник был в точно таких же, как и у меня, деревянных башмаках и фартуке. И смотрелись они на нем слегка комично. Но парня это ничуть не смущало. Он невозмутимо присел за соседнюю грядку и молча начал довольно шустро полоть.
Я следила за тем, как его пальцы ловко выдергивают сорняки. Так, словно эти руки не только не чурались грязной работы, но и часто ее выполняли. Причем в отличие от меня работал адепт без перчаток. Невольно отметила мозоли на ладонях. Такие не оставит карандаш или чернильная ручка. Скорее уже заточенные железяки, которые вертишь в руках по нескольку часов.
Я так пристально разглядывала руки адепта, что вздрогнула от его вопроса, который рассек тишину не хуже стального клинка:
– Нравлюсь?
Я подняла взгляд выше.
К слову, внешность одногруппника вполне позволяла такой вопрос задать. Тогда, на первой лекции, он показался мне мрачным нелюдимым типом. Сейчас же, в свете заходящего солнца, когда я увидела его за прополкой, он оказался вполне нормальным парнем. Даже милым. И красивым. Коротко стриженные темные волосы, черные брови вразлет, высокие скулы, атлетическое телосложение… Одним словом, на такого наверняка тоже найдется не одна гундосенькая ревнивица – некстати вдруг вспомнилась длинноногая девица, что сегодня подкараулила меня за углом общежития.
– По частям, – ответила абсолютно честно. – Вот твое выражение лица – нисколечко. Оно словно стакан уксуса. А то, как ты отлично полешь сорняки, – очень даже. У тебя почти профессионально получается, – закинула я удочку.
