В потемневших под окном квартирах мерцали тусклые лампочки, а мимо шел дым от запертого подъезда. Я, ошарашенная и непостижно напуганная, ползла вдоль парапета на уровне 15-го этажа, приговаривая хруст снега под сапогами – не хрустеть же. Здесь пылал огонь и мрак, а я была лишь его носильщиком по высоте....
– Это еще зачем? – удивилась я.
– Я со своими шашней не завожу, – уже ничуть не обижаясь на мою реакцию, весело отозвался адепт и, чуть прихрамывая, быстро нагнал меня.
– Это отчего же? – стало любопытно.
– Да мы обязательно разбежимся через какое-то время. А вы, баб… девушки, народ злопамятный. Поставят с бывшей в сцепку – и жди потом удара в спину. Нет уж.
– А ты, однако, стратег, – я усмехнулась.
– И тактик, – гордо добавил громила. – Меня, кстати, Люком зовут, – представился он.
– Я Ники, – не стала кокетничать.
– Знаешь, из нас двоих помощь, вообще-то, мне требуется. Я теперь на заднице пару дней точно сидеть не смогу. – Он поморщился. Я перевела его ответ как: «Не помогу». А Люк как ни в чем не бывало продолжил: – Даже жаль, что ты из наших.
Я удивленно вскинула бровь.
– Ну, ты симпатичная. И с характером. Боевая. Опять же блондинка – все, как я люблю.
– Люк, тебе никто не говорил, что ты своей прямолинейностью можешь оглушить не хуже дубины? – задала я вопрос, поднимаясь на первую ступеньку крыльца общежития.
Он почесал свой бритый под ноль затылок и, белозубо улыбнувшись, ответил:
– В лицо – ты первая, самоубийца Ники.
И по его реакции я поняла, что это была своего рода проверка, провокация. И этот здоровяк не так прост, как кажется.
– Ну, бывай, цыпа. – Он сделал шаг назад, махнув на прощание рукой.
А я, глядя ему вслед, подумала, что в академии будет ой как непросто. Настолько, что даже очень весело.
Подтверждение этому предположению я нашла практически сразу же. Даже далеко ходить не пришлось: едва я прислонила браслет, продолжая удерживать стопку учебников, и толкнула дверь плечом, как услышала:
– Ах ты, гадина мелкая!
Машинально заслонилась книгами, но в меня не прилетело не то что заклятия, даже завалящей вазы. Да что там вазы! Бранного слова, и того не дождалась!
– Хватай ее, Лори! Да не руками! Заклинанием! А то эта сволочь опять тебя когтями полоснет.
Выглянув из-за своего укрытия, увидела, как соседки, абсолютно не обращая на меня внимания, пытаются снять с люстры Пусю.
Хотя химера сейчас больше походила на исчадие темных сил, чем на мирную животинку: шерсть вздыблена, на когтях лапы рыжий клок волос, хвост трубой и грозное шипение в адрес противника – вот тот устрашающий арсенал, который химера обратила против двух магичек.
Противницы выглядели немногим лучше: у Лори поцарапанное запястье, Дара со взлохмаченной шевелюрой.
