В потемневших под окном квартирах мерцали тусклые лампочки, а мимо шел дым от запертого подъезда. Я, ошарашенная и непостижно напуганная, ползла вдоль парапета на уровне 15-го этажа, приговаривая хруст снега под сапогами – не хрустеть же. Здесь пылал огонь и мрак, а я была лишь его носильщиком по высоте....
И я подумал, что ты решила развлечься и завести интрижку, пока я пытаюсь найти решение наших проблем…
– Единственное, что я пока завела, – это тебя и ворох неприятностей, – отозвалась в сердцах. А потом добавила: – А что до решения, как ты выразился, проблем, то знаешь, я тоже над этим работаю, – возмущенно произнесла я и нацелила на Дэна ложку на манер клинка. – Например, у меня уже есть трое кандидатов на сына канцлера под личиной…
– Да? И как ты их определила? – странно, но слова Дэна прозвучали без ехидства.
Исчезла морщинка меж бровей, губы, до этого сжатые в тонкую линию, расслабились, пропал прищур, будто Дэн брал кого-то на прицел.
– Не без ущерба для своей репутации, – призналась я.
И тут же увидела, как к Стиллу возвращается выражение лица, с которым самое то встречать с пульсаром в руках нежить или плохие вести, но никак не беседовать с девушкой.
– А конкретнее?
Я открыла было рот, чтобы просветить Дэна относительно штрафа, но тут некстати вспомнился подслушанный разговор в душевой. В частности то, что за Дэнчиком сейчас следят множество девичьих глаз. И за мной в том числе. И я решила позаботиться о своей безопасности.
– Слушай, а ты не мог бы сделать лицо еще посвирепее? – попросила я.
– Зачем?
– Затем, что на тебя, если ты не в курсе, открыта брачная охота. И за нами сейчас наблюдают твои поклонницы.
– Но ведь это именно ты оставила, – невинно заметил страж.
А мне за это захотелось его тихо прикопать. Р-р-р… Бесит!
– В лечебных целях не считается, – возмутилась я.
– Хорошо, будет тебе посвирепее, – с непроницаемым выражением лица, которое никак не вязалось с ироничным тоном, протянул Дэн и, скорчив рожу, словно у него разом заныли все зубы, поинтересовался: – Так достаточно свирепо?
– Жутко, – честно ответила я.
– А теперь рассказывай, что там с репутацией.
И пока я просвещала стража относительно своего первого штрафа, попранной репутации прилежной адептки и конкретно того, из-за чего схватила взыскание строгого профессора, а также реакции на мой пассаж у одногруппников, я заметила, как начинает подрагивать веко Дэна.
