Спрашивать, получать в ответ:
— Аня, я не люблю повторять. Я очень скептически настроен относительно праздничных традиций. Любых. Просто прими. Я так тридцать лет прожил, понимаешь? Мне это неприятно. Меня не интересует оливье. И без поздравления Президента я тоже как-то переживу. Я не запрещаю тебе отмечать так, как считаешь нужным ты. Но, пожалуйста, не наседай.
На этих словах Аня всегда чувствовала себя униженной. Потому что они с бабушкой, получается, оливье ради… А это ведь не так. Ради тепла. Ради предчувствия чуда. Ради… Веры в него.
Но чудеса — не для Высоцкого. Что ни говори, не для него.
Он просто соберется и уедет. Максимум — ответит смайлом-скобкой на ее поздравление ровно в полночь… Следующий максимум — трубку возьмет в День рождения. А может и нет. Ему хочется уйти в себя. У него что-то похожее на «ретрит». И ее в это «себя» он не приглашает…
* * *"
"Оказавшись за закрытой дверью, Аня выдохнула. Спрятала на несколько секунд лицо в ладонях, зажмурилась.
Чувствовала, что сердце бьется быстрее, чем ему положено. Пыталась успокоиться.
Умом понимала, что ведет себя неправильно, но только сейчас — уже после того, как в очередной раз ничего не объяснила, просто ушла, оставив его злиться снаружи.
И что это нескончаемый порочный круг — Аня тоже понимала. Но выйти из него пока не могла.
Надеялась, что со временем привыкнет, наверное. Может быть. А пока…
Приняла душ, позволив себе немного поплакать в нем, мешая слезы с водой, переоделась, чувствуя себя разбитой, включила ноутбук.
Постаралась абстрагироваться, не прислушиваться к звукам за дверью. Откуда-то точно знала, что Корней не зайдет выяснять отношения. И хорошо.
Перечитывала собственный печатный конспект. Раз за разом отвлекаясь на телефон, реагируя на трели входящих сообщений от Алины, чувствуя уколы разочарования.
Подруга весь вечер (и уже не первый) сыпала информацией о том, что собирается приготовить к их с Артуром новогоднему столу…
Аня старалась отвечать так, будто ей это интересно и не делает больно. Точно так же, как Алинины ссылки на будущее праздничное платье… Кружевное белье…
Но получалось так себе, ведь все это отзывалось в Ане обидой и пониманием: с Корнеем у них не будет ничего такого. Скорее всего никогда. Потому что это — не о нем.
И видеть его сейчас, чтобы транслировать эту бессмысленную обиду, Аня не хотела. Нельзя злиться на человека за его природу. Наверное, нельзя.
Все, чего хотелось, — это просто верить, что ее скоро отпустит. Они переживут…
Завтрашний корпоратив, от которого он не отказался, хотя относится не лучше, чем к праздникам. Планировал найти в себе силы, и именно это стало вишенкой на торте.
Сам Новый год, его День рождение.
Он вернется, она соскучится, окружающие перестанут топтаться по больной мозоли.