И за счет внешнего лоска тоже. В принципе, отчасти за это и расплачивается теперь.
— Я умею сохранить хорошие отношения с бывшими коллегами, Корней Владимирович, — Вадим усмехнулся, поднимая взгляд на Высоцкого.
— Я заметил. — Который, судя по всему, отреагировал на усмешку не так радушно, как хотелось парню. Ответил холодно, продолжая смотреть ощутимо тяжело. — Какого хрена тебе понадобилось? Я тебе недостаточно ясно дал понять, что видеть тебя больше не хочу? Может ты забрать что-то забыл? Или поблагодарить за науку пришел? Наконец-то дошло, сколько говна наворотил?
На каждый из вопросов Вадим реагировал интересно — смотрел не в лицо Высоцкого, а чуть в сторону. Не моргал, немного улыбался… Опасно. Притворно мягко. Так, что очевидно, с предсказуемостью его действий стоит быть осторожным.
— А вы с кудряшкой, значит? Не ошибся… Мне тоже понравилась… Красивая…
Не ответив ни на один, Вадим обернулся, глянул на машину. Вызвав этим в Корнее сильный приступ раздражения. Пришлось сдерживаться, чтобы это не стало очевидным. Хотя… И так ведь все очевидно. К сожалению.
— Рот свой закрой, Вадим.
Корней сказал, Вадим скривился, снова повернул голову, посмотрел уже в лицо.
— Так как же я вам скажу, зачем пришел, если рот закрою? Вы вечно как поставите задачу, шеф…"
"— Слава богу, больше нет. Ты полюбоваться мной пришел? — Корней кивнул, давая понять, что у Вадима последний шанс. Которым можно либо воспользоваться, либо уйти в закат.
— Зачем вы на меня спустили собак, шеф? У меня счета арестованы. Пришла повестка на медкомиссию…
— Так ты еще и уклонист. Как замечательно…
Корней произнес задумчиво, окидывая бывшего подчиненного новым заинтересованным взглядом. О повестках он не просил. Исключительно позаботился о том, чтобы активизировались исполнительные производства по череде не погашенных Вадимом кредитов. А невосприятие уклонистов — это уже «привет» от Леонида Эдуардовича. Дядьки-СБУшника, которому когда-то Корней строил дом. А потом консультировал несколько раз его самого и ""хороших людей"" по наводке относительно надежности застройщиков, когда у кого-то из приближенных поднимался вопрос покупки недвижимости.
— Не делайте вид, что вы не в курсе. Я же не дебил… — последнее слово Вадим произнес с особой интонацией — будто выплюнул. Впервые, кажется, позволяя понять, что сильно злится. Только вот…
— Дебил, Вадим. Ты — дебил. Иначе и не скажешь. Ты чем думал, когда полез со мной тягаться? Я же тебя по-хорошему отпустил. Понимаешь вообще? Прикрыл, считай, твой косяк.
— Трахаете вы мой косяк, а не прикрыли…
Вадим перебил, кивая на машину. Корней закрыл на секунду глаза, выдыхая. Бить нельзя. Здесь камеры. Просто говорить.
— Подойдешь к ней — о службе можешь не беспокоиться.