Автор
В темноте и морозном ветре город казался невероятно далеким. Мирослав глубже натягивал капюшон толстовки и укрывал голову руками, чувствуя холод пронизывать каждый сантimeter его теплого платья. Алиса подтвердила температурный показатель: минус два, как будто за окном — минус одиннадцать. Вот так началось нарушение правил для Мирослава в новом Клубе....
— Нервничаешь?
— Сложно сохранять спокойствие, когда решается твоя спортивная карьера, а заодно и дальнейшая жизнь.
— Согласен. Я бы тоже нервничал с таким-то анамнезом, — он кладет перед собой папку с моим личным делом. — Мы тут не в дворовый футбол играем, поэтому буду с тобой откровенен, Мирослав. Принимая тебя в свою команду, я рискую своей репутацией и репутацией всего Клуба. Если ты снова выкинешь что-то подобное, то, поверь, даже в дворовый футбол тебя никто не возьмет. И пойдешь ты… Где ты учишься? — Он хмуро заглядывает в папку.
— Мне тогда выбора не оставили. Я не мог поступить иначе, — серьезно говорю ему, чувствуя, как натянутая внутри меня пружина медленно расслабляется.
— Всегда есть альтернативный путь решения проблемы. Ладно, произошедшего уже не изменить, но я прописал в твой индивидуальный план несколько часов с психологом команды. Для перестраховки.
Скрипнув зубами, делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю.
Делаю еще один глубокий вдох и согласно киваю Лешему. Я должен здесь остаться. Тренер в этот момент что-то набирает на клавиатуре ноутбука, но его взгляд из-под ресниц направлен на меня. Я остро чувствую и его недоверие, и его сомнения. Придется из кожи вон вылезти, чтобы доказать ему, что он во мне не ошибся.
— У тебя контракт до конца этого сезона. Полгода на то, чтобы проявить себя и не подставить меня. Покажешь, чего стоишь, ничего не выкинешь и мы подумаем о продлении контракта. А нет… — Он разводит руками.
— Я понял уже, — хмыкаю, снова напрягаясь.
— Я рад, что ты такой понятливый, — толкает ко мне документы. — Добро пожаловать в Клуб.
— Спасибо, — Ставлю свои подписи на страницах. — Тренер, у меня личная просьба.
— Начинается, — закатывает он глаза. — Валяй, — смотрит на часы, — у тебя минута.
— Не говорите в команде, что я детдомовский.
— Что так? — Положив руки на стол, Леший подается вперед.
— Не хочу ни проблем, ни жалости. Я сюда в футбол играть пришёл.
Алексей Константинович склоняет голову к левому плечу и странно на меня смотрит. Долго, молча, потом вдруг ухмыляется и кивает. Я не понимаю его реакцию, но решаю не усугублять свое положение лишними вопросами. Контракт есть. Полгода лучше, чем ничего. Остальное неважно.
