Автор
В закрытом стадионе «Царь горы» четыре маскированных аристократа обсуждают последний заезд. Это не просто бизнес, это коррумпированный клан, год за годом тайно собирающий информацию и манипулируя исходами скачек.
Только сейчас он понял, кто такие гении. Эти люди совершенно на другом уровне. Удивительно, какие монстры есть у Имперцев. И как же хорошо, что их страны не конфликтуют, а находятся в нейтральных, даже слегка дружеских отношениях. Даже эта четверка могла наделать столько дел, что полстраны пропало бы под руинами.
Когда же машины заехали в Париж, женщина по имени Люся заговорила:
— Господа, я, конечно, понимаю, что мы тут по делу, но все же мы в столице моды! Тут столько красивых мест! В конце концов, Эйфелева Башня! — она прилипла к стеклу, и как маленький ребенок разглядывала проезжающие мимо виды.
Полковник Жан Батист только удивился такой искренней реакции.
— Люся, как ты сказала, мы на задании… — ответил ей человек, которого называли Михаилом.
— Я обещал Софье Андреевне магнитик на холодильник! — подметил бородатый великан.
— Лев Николаевич, прошу, только ты не начинай, — сказал Есенин. — Мы обязательно купим Софье Андреевне все, что она захочет, но только после всех дел.
— П-простите, — неуверенно поднял руку полковник.
"— Да к чему нам такие почести, мы и с народом можем! — по-доброму улыбнулся Лев Николаевич, и у полковника как камень с души упал. Все же они не такие суровые, как показалось на первый взгляд.
Колонна машин припарковалась у высокого старинного здания почти в центре города.
— Ого, отсюда и Эйфелеву Башню видно! — воскликнула Люся, когда они вышли из машины.
— Потом сходим, — взял ее под локоть Михаил и повел всех за забор.
На табличке у входа было написано на французском и русском языках:
«Посольство Российской Империи».
Они без труда прошли посты охраны, которые даже не попытались их остановить. Полковник отметил, что солдаты в посольстве явно были рады встретить эту четверку.
Поднявшись на второй этаж, полковник остановился у двери с надписью:
«Посол Российской Империи.
— Кажется, мы рано, — улыбнулся Есенин и спокойно сел на стул рядом с кабинетом.
— Не рассчитали, — улыбнулась Люся.
— Эх, а я-то думал, что мы поздно будем, — прогремел Лев Николаевич, садясь на стул и опуская молот на мраморный пол. От удара плитка пошла трещинами, и пол слегка задрожал.
— Лев Николаевич, ну что вы в самом деле… аккуратнее, — тихо сказал Михаил и сел рядом.
— Упс, не рассчитал, — пожал он плечами и посмотрел на полковника.
