Вот как начинается новый театральный сезон: ты будешь выглядеть великолепно, найдёшь себе достойного жениха, а может быть, даже нескольких. Мионела уверена в успехе: уже к обеду она принесёт тебе фрукты. Муж твоего будущего супруга не против того, чтобы ты была с ним на премьеру. Вечер будет великолепным: весь свет приходит, и вот ты увидишь, как этот граф твёрдо решит за тебя....
Махнув рукой, Адель только натянуто улыбнулась и поспешила скрыться в своей небольшой гостиной. Закрыв дверь, прислонилась к ней спиной и приложила руку к груди, где не желало успокаиваться глупое сердце.
Подбежав к зеркалу, охнула – пока она играла с дочерью, волосы растрепались, да и платье на ней было из разряда совсем уж домашних. Переодевшись и приведя себя в порядок, отправила дворецкого поинтересоваться у герцога – не голоден ли он, а когда тот, вернувшись, передал ей отрицательный ответ, разочарованно нахмурилась.
Сидеть в своих покоях Адель физически не могла – слишком взволнована была и поэтому решилась всё же присоединиться к Леандору и Софии в гостиной.
Стоило ей войти в комнату, как дочь, подбежав к ней, потянула к софе, на которой сидел Леан. Но подхватив малышку на руки, целуя и тем самым отвлекая её – села в дальнее кресло у окна. Потянулась непринуждённая беседа ни о чём, пока пили поданный чай и вот малышка начала зевать, тереть кулачками глазки.
– Аньеза, уложите, пожалуйста, Софи, – Аделина всё же решилась не трусить, и остаться для разговора, поручив заботу о дочери нянечкам.
Наблюдая, как Леан целует Софию, прижимает к себе дочь, с трудом отодвинула пылающее чувство притяжения к мужчине.
– Я бы хотела извиниться, – сразу начала Аделина, как только Аньеза вышла с Софи на руках и прикрыла за собой дверь.
– О чём ты…
– Подожди, – вскинула руку, перебивая, и напряжённо продолжила, – Я после приёма у короля наговорила лишнего и должна, нет – хочу извиниться за свои слова, за несдержанность!
– Аделина, – выдохнул Леанлор нахмурившись, – Позволь мне кое-что тебе объяснить и также извиниться перед тобой.
– Откат? – недоуменно выдохнула Адель, нервно комкая ткань подола.
– Откат, выход напитавшей нас тьмы – всё это сопровождается сильнейшим раздражением, всплеском негативных эмоций. Но, к сожалению этого я на тот момент не знал. Ты не виновата, Дели,– пытался заверить её взглянув проникновенно.
