Вот как начинается новый театральный сезон: ты будешь выглядеть великолепно, найдёшь себе достойного жениха, а может быть, даже нескольких. Мионела уверена в успехе: уже к обеду она принесёт тебе фрукты. Муж твоего будущего супруга не против того, чтобы ты была с ним на премьеру. Вечер будет великолепным: весь свет приходит, и вот ты увидишь, как этот граф твёрдо решит за тебя....
Вот для того чтобы активировать третью и была устроена та сцена, спровоцировав выброс энергии. Она опасная, запрещённая и хорошо, что ты никому не рассказала о случившемся. Кто-то сидит сверху, незримый кукловод, манипулятор – называй, как хочешь. Тот, кто разыграл эту партию. А графа, сообщив ему о твоей якобы измене – просто устранили, чтобы он потом, защищая тебя, не сунулся куда не надо.
Аделина, слушая, испытывала сначала беспокойство, а к концу объяснений – поняла, какая опасность ей грозила.
И если Маринеро изначально подозревал её любовника, отца ребёнка, то сейчас уверился, что это люди того кукловода. Но говорить жене об этом он не стал, зная, что ему предстоит предпринять, чтобы обезопасить Аделину и уверить в её гибели всех."
"Через три световика барон, пригласив жену в гостиную, с улыбкой протянул её папку, открыв которую Аделина с грустной улыбкой пересмотрела свои новые документы.
– Вот и всё, милая, – пожав её ладонь, сглотнул, задавив желание прикоснуться к её холодным пальчикам губами, согреть своим дыханием. Откатил кресло в сторону. – Время наше истекло.
– Маринеро, – тихо прошептала Адель и не стала сдерживать слёз, что появились на глазах, но мужчина с улыбкой качнул головой:
– Не надо, милая, не плачь. Для тебя открывается дверь в новую жизнь, и я верю, что ты сможешь стать счастливой.
Спустя ещё три световика, барон сам лично открыл портал прямо из гостиной, зная, что всей мебели и комнате при этом придёт конец. Адель, не сдерживая слёз, склонилась к мужу и припала к его губам.
Сначала барон застыл, но через мгновение, зарывшись в её волосы на затылке здоровой рукой жадно притянул к себе, наслаждаясь поцелуем, захватывая женские губы в страстный плен, судорожно сплетаясь с её язычком, лаская и умирая от безумного наслаждения.
Но длилось это недолго – резко отстранив от себя жену, заглянул ей в глаза:
– Этим воспоминанием я буду жить. А сейчас иди, моя милая. Тебе есть ради чего и ради кого жить и быть счастливой! – оттолкнув от себя Аделину, по щекам которой бежали слёзы, посмотрел на замершего за её спиной дворецкого, кивнул ему. Пожилой мужчина, подхватив два увесистых саквояжа, первым направился в портал, подгоняя за собой и молодую женщину.
