Вот как начинается новый театральный сезон: ты будешь выглядеть великолепно, найдёшь себе достойного жениха, а может быть, даже нескольких. Мионела уверена в успехе: уже к обеду она принесёт тебе фрукты. Муж твоего будущего супруга не против того, чтобы ты была с ним на премьеру. Вечер будет великолепным: весь свет приходит, и вот ты увидишь, как этот граф твёрдо решит за тебя.
До её покоев они дошли молча и уже у двери Адель спросила:
– Что там произошло?
Поняв, о чём она спрашивает, мужчина качнул головой:
– Если Андор даст позволение – я вам расскажу. Это не моя тайна.
Глава 20
За ужином Аделина была так рассеяна, что Бэттина, тревожно поглядывающая на неё, не удержалась и спросила – хорошо ли она себя чувствует? Дёрнув уголками губ в слабой попытке улыбнуться, Адель лишь покачала головой, дождалась, когда Софи доест и, подхватив дочь на руки, покинула столовую.
Играя с дочерью, наблюдая, как нянечки под звонкий смех малышки, её купают и укладывают спать, постоянно отвлекалась на свои тревожные, терзающие душу мысли. Только оставшись одна в своей спальне, отпустила эмоции, и судорожно прижимая подушку к лицу, закусив её уголок – разрыдалась.
Осознание, какой опасности подвергалась и её жизнь, и жизнь Софи накрыло молодую женщину с головой. Одно дело слышать о каких-то странных наблюдателях, выслушать рассказ о брате Освальдо и его жутких деяниях, планах, другое дело увидеть результаты столкновения на внешности Леандора.
То, что она увидела, повергло Аделину в шок. Нет, ей не стала противна его внешность, только сердце сжималось от сочувствия и боли, от переживаний за Леана.
«Искристые! Он же мог погибнуть! – пришло понимание, от чего сердце сбилось с ритма и перехватило спазмом дыхание: – А сейчас? что он испытывает сейчас?»
Аделине до безумия хотелось пойти к нему. Но она упрямо отгоняла это желание прочь: «Даже если я приду к нему, то… что скажу? Мне жаль? Искристые! Как же глупо, но как же хочется его увидеть!»
Прикусив фалангу пальца, смотрела в черноту за окном и не замечала ни всполохов молний, ни капель дождя, что стекали по стеклу.
Теперь ей стало понятно, почему первые световики Леандор не принимал её: «Он просто физически не мог! Я распекала его мысленно, не зная, что он в таком состоянии! И очень низкая температура в том крыле, в его кабинете – ведь при регулярном усиленном целительском воздействии на организм, человек испытывает постоянный жар. И темнота – элементарно, не хотел, чтобы я видела его ранения! Я ведь могла догадаться, но… не желала», – призналась сама себе Адель.
Аделина вспоминала объяснения Биаджо, от чего Леан когда-то разом оборвал связь с ней, вспомнила о том, что Софи нельзя было скрывать от теней, как сделала это она, пусть даже и по незнанию.
И вот в её жизнь как ураган ворвался Леандор. Отобрал дочь, принёс столько слёз, отчаяния и разгоревшуюся пожаром ненависть к нему.
