Незаконнорожденная дочь короля Кирия живет в презрении и забвении. Мачеха стремится отправить её в монастырь, но в жизнь девушки врывается суровый воин севера. Их встреча станет поворотной точкой, способной изменить её судьбу навсегда и разрушить все, что она думала о себе и о чудесах.
Девушка снова сидела на коне в дамском седле, показывая кончик сапожка с золотой пряжкой, и держалась так непринужденно, словно расположилась в любимом кресле у камина.
— Вы опять заблудились на моих землях? — спросила я, потому что никто из сопровождавших меня не ответил.
— На сей раз — нет, — радостно возразила она. — Я ехала к вам. В наших краях так мало развлечений…
— И вы решили развлечься мной? — не удержалась я от колкости.
Синие глаза вспыхнули, а потом леди Манила рассмеялась — так могли бы звенеть серебряные колокольчики самой тонкой чеканки. Я вдруг обнаружила, что сопровождавшие меня рыцари смотрят на красавицу, как завороженные. Сэр Йорген даже открыл рот, сэр Бриенн блаженно улыбается… Пожалуй, только Раскел, Эрик и Рэндел не глазеют восхищенно — Раскел по-обыкновению кислый, Рэндел хмурится, разглядывая пожухлую траву на обочине тропинки, а Эрик потупился, окаменев лицом.
— Вы такая забавница, — пропела Манила медовым голоском. — Но смотрите сурово — я некстати? Тогда не буду вам мешать… — она развернула лошадь, поглядывая на меня искоса и лукаво. — А вы всегда ездите верхом вот так…
— Как — так? — переспросила я, ей все же удалось меня озадачить.
— Ой, ну вот так же… — она смутилась до слез. — Говорят, женщине нельзя так сидеть… Особенно если она ждет ребенка… Девушке тоже нельзя, но по другим причинам…
Наконец-то я догадалась о чем она — о том, что я сидела в седле по-мужски.
— Девственность потеряется? — спросила я громко, чтобы смутить ее еще сильнее.
— Разве о таком говорят, — прошептала она. — Днем, еще и при мужчинах…
— Все это не больше, чем глупые предрассудки, — заявила я, направляя свою лошадь вперед. — И если вы сядете, как положено, — я бросила поводья и похлопала себя по коленям, — то рискуете только не вывалиться из седла на первом же повороте, когда ваша лошадь побежит рысью.
— Вот как? — она засмеялась, стреляя глазами в сторону Рэндела, и я подхватила поводья, заставляя лошадь сделать еще шаг, чтобы оказаться между этой нежной красавицей и моим рыцарем.
Да, как бы там ни было, все они — мои рыцари, пока я остаюсь женой Чедфлера Сомареца.
— А я никогда не вываливаюсь из седла, — сказала Манила. — Мой брат говорит, что я родилась в седле.
— Не стану спорить с вашим братом, — произнесла я с вежливой насмешкой.
— Но вы не верите? — быстро спросила Манила, и глаза ее опять вспыхнули. — А давайте поспорим, что я обгоню вас по дороге к замку?
— Глупый спор, леди, — тут же отказалась я.
