Девушки шли по берегу ручья, размышляя над загадочными преданиями и слухами, когда внезапно на них накинулась дракониха. Три девицы не просто живут в мире чудес - они сами являются частью легенд. Встреча с драконихой изменит их судьбу насовсем.
Я нахмурилась, а потом засмеялась:
— Оборотни? Нетопыри? Что за чушь. Неужели ты купился на детские побасенки? Расскажи мне еще про ручей с феями, куда надо швырять шпильки, чтобы узнать будущее."
"Донован проворчал что-то о том, что в каждой побасенке есть доля правды. Но я прижалась щекой к гладкой шее Бальди и спросила насмешливо:
— Много ты видел оборотней за свою жизнь? А упырей? То-то же. И нечего меня пугать. Я и так сама не своя от сюрпризов последних дней.
— Я сказал, а вы уж сами решайте — верить или не верить, — он упрямо скрестил на груди руки.
— Уверена, что в тамошних краях про нас врут еще бессовестней, — сказала я. Донован только покачал головой и переменил тему:
— У меня для вас тоже есть подарок, леди.
Мне стало совестно, что я посмеялась над ним. Конечно же, Донован говорил от чистого сердца, и он в самом деле волновался за меня. Пожалуй, он был единственным, кто всегда принимал участие в моей жизни — с малолетства, как я себя помнила, и до сегодняшнего дня.
— Извини, — я оставила лошадь и подошла к нему, погладив по плечу. — Конечно, я приму к сведению все, что ты мне сказал. И твои советы — самые ценные подарки
— Есть кое-что получше, — пробормотал он. — Вот, прикупил специально для вас у нашей зеленщицы, матушки Клотильды, — он достал из-за пазухи и протянул мне шкатулку размером в ладонь. Обыкновенную деревянную шкатулку с металлическими уголками и замочком-штырьком.
— Хм…Очень мило. Что это? — я открыла крышку и обнаружила внутри шкатулки сухие листья. От них пахло терпко и сильно. — Это мята?
— Нет, не мята, — Донован оглянулся, не подслушивает ли кто, а потом поманил меня пальцем, чтобы придвинулась ближе. — Таких растений нет в наших краях. Если вы разотрете листья и всыплете щепотку или две в бокал с вином, то выпив, будете спать, как бревно от заката до полудня. Я сам проверял. Даже сны не снились. Клотильда дает это снадобье тяжелобольным, чтобы крепко спали.
Я медленно закрыла крышку и посмотрела на Донована, прищурив глаза, а потом сказала:
— Понимаю… Благодарю тебя. Это как раз то, что нужно.
Старик снял шапку и неуклюже мял ее в руках.
— Решите сами, леди, как этим распорядиться, сказал он грубовато, но этим совсем меня не обманул. — Только если ваш муж будет уж очень вам неприятен, сможете оттянуть первую брачную ночь… прошу прощенья. Я пойду, еще коней господских чистить и кормить.
